Пепел перемен, Том 1: Пыль и сталь

Из прежних богов мы чтим лишь верную сестру Уларуна, Селименору, – последнее имя Драм произнёс особенно таинственно и благоговенно, полушёпотом.

– Сели… Чего? – переспросил Таринор.

– Некогда она носила имя Селимэ – сестра Аларо, изгнанного в Бездну и принявшего имя Уларун. Она не последовала за ним, но сохранила сестринскую любовь, несмотря на запрет Иллании и Элеадара, их родителей, старших эльфийских богов. За это её нарекли Селименора, Селимэ ночная. Из всех hiraid sar, старых богов, etheldiar наиболее благосклонно относятся к Селименоре, принцессе лунного света, среброокой госпоже.

– Ну, теперь всё понятно, – сказал Таринор, сдерживая улыбку.

– Что ты имеешь в виду?

– То, что ты сам выбрал себе покровителя. Вот как это будет. Наступает ночь, от избытка свежего воздуха тебе кажется, что луна подмигивает тебе, и ты считаешь это знаком. Потом ты одеваешься в серый балахон и поёшь гимны во славу среброокой и луноликой, или как там её.

– Если Селименора сочтёт нужным подать мне знак, так тому и быть, – раздражённо ответил эльф.

– И не стоит тебе так пренебрежительно отзываться о богах, Таринор. Кара за насмешки может быть очень жестокой.

– Да? И что же мне грозит.

– Тебе – не знаю. Но вот, что произошло с братом моей матери. Для etheldiar нет большего счастья, чем рождение первенца-сына. Но богам было угодно, чтобы первой в этот мир пришла моя сестра. Когда об этом узнал мой дядя, он был так недоволен, что позволил себе грубо высказаться о моей матери и Уларуне.

– И что с ним стало? Заболел и умер? Несчастный случай?

– Не думаю, что произошедшее с ним было несчастным случаем.

Мне рассказали так. На следующий день во время семейной трапезы он вдруг замер, посинел и схватился за шею. Все решили, что он подавился, ринулись на помощь, но замерли, как вкопанные: у него изо рта вылез паук. Потом пауки полезли из ушей, глаз и носа. Их становилось всё больше, они покрыли всё его тело, пожирая его заживо, пока, наконец, от него не осталась только одежда. Только тогда они исчезли, словно их и не было. И то были не простые пауки: на их чёрных брюшках сияли четыре красные точки. Аrun echain – священный символ Уларуна, самый ядовитый паук Аркобанда.

– Да уж, жутковатая история, – проговорил Таринор. – Но не думай, что я вот так сразу уверую в ваших богов. На верность Уларуну я не присягал, значит мне ничего не грозит. Верно?

– Попробуй оскорбить его. Если из ушей не полезут пауки, значит не грозит. – с улыбкой ответил Драм.