Вечный колокол

Но Дана перевязывает меня три раза в день… Чтобы легче было. От мази всегда легче.

– Еще бы… – проворчал отец и встал, осторожно положив руку Млада на приготовленное полотенце. – И кто же дал ей эту мазь?

– Ты так говоришь, будто она мажет мне ожоги ядом.

– Не ядом, Лютик… Не ядом… Так где у вас эта мазь?

– Где-то в сенях, на полке. В черном туеске.

– Я не зря гнал лошадь ночь напролет… – отец направился в сени.

– Может, ты мне объяснишь, в чем дело?

Отец не ответил, но вскоре вернулся, разглядывая туесок со всех сторон.

Что-то на донышке его удивило, он поднял туесок и рассматривал его, запрокинув голову. Потом долго нюхал мазь, растирал ее между пальцев, снова нюхал и наконец, вздохнув, поставил на стол.

– Да. Я не зря гнал лошадь ночь напролет. Так кто дал тебе эту мазь?

– Бать, объясни мне, в чем дело.

– Хорошо. Видишь ли, – отец вздохнул снова, – в нее добавлена одна очень редкая травка. Она у нас не растет, ее привозят откуда-то с Ближнего Востока. Я видел ее всего однажды, она обладает характерным запахом, который трудно забыть.

– Это псиной, что ли? – улыбнулся Млад.

– Нет. Псиной пахнет плохо очищенный собачий жир, на котором эта мазь настояна. И это отдельная статья! Потому что для мазей можно использовать жиры и более распространенные.

– Собачий жир? – Млад растерялся: это показалось ему неприятным.

– Да. И я думаю, он добавлен туда не только для того, чтобы отбить запах этой травки. Ты ведь этого запаха, скорей всего, не знаешь. А травка эта… Это не яд, нет.

Не в этих dosis[3], по крайней мере… Эта травка лишит тебя способности волховать. А может, и подниматься наверх, про это ничего не знаю. Может быть, не навсегда, но надолго, на годы. Я видел ее всего однажды. Она действует подобно конопляным стеблям, которые ты кидаешь в костер, только сильней и незаметней: выживает из тебя твои способности и заменяет их собой. Ты даже не заметишь, как жизнь твоя станет серой и мрачной, как все вокруг утратит для тебя смысл. Но вместе с тем она обладает способностью снимать боль, поэтому используется врачами, только редко и очень осторожно, когда боль действительно в состоянии убить человека.

– Так может, для этого ее и положили в мазь от ожогов? – Млад действительно испугался. – Ты же рассуждаешь так, как будто кто-то хотел причинить мне зло.

– Да, хотел! Если бы не собачий жир, это можно было бы списать на ошибку! Но, видишь ли, собачий жир тоже считается одним из средств притупить способности волхва.