Война Невменяемого (НК-5)

Бабу Смилги и знаменитые баронеты Шиловски оказались очень недовольны своим пассивным времяпрепровождением в пещерах. Скоротечный и горячий бой в Радужном море их изрядно раззадорил, а теперь они с некоторым ужасом восприняли приказ: «Сидеть в подземельях и на белый свет носа не высовывать!» Все трое белой завистью смотрели, как переодеваются на местный манер боевые Эль-Митоланы с лицами урожденных ордынцев и ожесточенно спорили между собой. Суть спора заключалась в том, чтобы придумать способ и себе легализоваться на поверхности.

- Если мы вас возьмем с собой, то, на каком основании? Хотите провалить весь рейд? Нет? Так занимайтесь тем же, чем занимаются драконы. Они кстати тоже очень недовольны своей участью статистов.

- А если мы что-то придумаем? – предложил Алехандро Шиловски.

- Будут рассмотрены любые дельные предложения, - согласился командир. – Но до вечера у вас для обдумывания осталось всего несколько часов.

И ушел. А три его личных телохранителя стали придумывать способы войти в состав подставного корпуса. В итоге, после многочисленных советов и подсказок со стороны людей, драконов и даже таги, появилась одна лазейка. Да и то, только для одной Мирты Шиловски. Алехандро после этого даже обиделся на сестру и в сердцах воскликнул:

- Вечно этой проныре везет!

Тогда как великан Бабу впервые в своей жизни пожалел, что он персона мужского рода.

- Вообще-то я ведь тоже могу переодеться в женщину! Они тут такие одеяние носят, что под ними все равно не видно кто там закутан….

Вот тут уже вся пещера огласилась здоровым и заразительным хохотом. А на шум из смежных помещений поспешили встревоженные командиры. А когда узнали о причине веселья и сами развеселились. Да еще и Спин с присущим ему скрипучим бульканьем добавил:

- Бабу, если уж на то пошло, то у меня гораздо больше шансов под длинными покрывалами притвориться рабыней очень важного и сановного господина.

Смеялись и сбрасывали нервное напряжение очень долго. Но в итоге Мирта Шиловски попала в основной состав липового корпуса как личная рабыня верховенствующего тысячника. Потому что знатные ордынцы даже в деловых поездках таскали за собой не только одну, а порой и несколько своих драгоценных и горячо лелеемых наложниц.