Невменямый отшельник (НК-11)

Но, наверное, больше всего пригодилось выработавшееся умение плавать даже в бессознательном состоянии. Потому что за двести двадцать лет, чего только с отважным лоцманом не случалось на речных и прибрежных морских просторах. Где он только не глотал воду, и где его только не норовила судьба затянуть на глубины, а там и отдать на корм здоровенным крабам. Везде выплывал.

Так и сейчас, оглушенный ударом мраморного шара и потерявший при этом сознание, Виль-Ройт только и очнулся в ледяной воде того самого канала, где плотогоны собирали свои плоты, а лесорубы им помогали при этом.

Причём очнулся, чтобы осознать: теперь уж он тонет окончательно и без шансов на спасение. Правая рука не слушалась, а всё остальное тело окоченело от холода. Магической силы в теле – ноль. Видимо сама ушла в дело, пытаясь вытянуть хозяина из нирваны беспамятства.

Оставалось только захлебнуться и пойти на дно…

Как донёсся явно усиленный магией голос:

- Хватайся за верёвку! – по голове пребольно хлестнул конец тонкого, ловко брошенного каната.

Обижаться за такую неосторожность, было неуместно. Ну разве что, уже выкарабкиваясь на сушу, беззлобно пробормотать незнакомому спасителю:

- Чуть глаза не выпали от удара…

А тот в споры вступать не собирался. Только проинформировал:

- У меня половина, четверть отдаю н твоё восстановление и согревание. Бери!

Воздействие этой помощи, вообще оказалось невероятно действенным. От прогревания лоцман подпрыгнул, чувствуя себя словно кипятком ошпаренным. Но самое положительное, что все органы заработали в идеальном режиме, если не считать основательно выбитое правое плечо.

- Здесь одни погибшие, - информировал тем временем спаситель, - Я сейчас бегу по тропе к Непреодолимому…

- Но туда ведь…, - лоцман и сам недоговорил, вызвав в памяти данный участок Гайды. Если и в самом деле существует некий прямой путь по берегу сквозь скалы, то к ущелью можно добежать за считанные минуты.

- Ты со мной? – уже на ходу спросил сентег, судя по форме одежды явный дровосек.

И больше не спрашивал, потому что спасённый собрат только кивнул и молча пристроился в фарватер движения. Так что дальнейшие несколько слов, рубщик деревьев прохрипел с большим интервалом: - Всех наших, эти твари порешили!.. Верноприличники!.. Один из наших, узнал, сообщил мне перед смертью…

Они мчались на грохот выстрелов, явно понимая, что в ведущемся сражении ничем не смогут помочь. У них ничего кроме кинжалов, да по паре метательных ночей с собой не было.