Кровь Достойных: Младший князь

Кое-кто даже поговаривал, что капитан Орло лично назначил её своей преемницей, хотя в действительности она просто оказалась воином с самым высоким званием, как говорится вошла в ту самую дверь в то самое время.

– Леди-рыцарь!

– Джулия!

– Управляющая, Джулия.

Начали приветствовать её собравшиеся на перебой кланяясь или ударяя себя в грудь в воинском приветствии.

– Света вам, господа и дамы! – отчеканила девушка, тоже стукнув кулаком в грудь. – Прошу простить за опоздание!

– Да что вы…

– Какие проблемы?

– Всегда рады!

Разразилась толпа вежливым гомоном, но от взгляда Джулии не ускользнуло несколько серьёзных, если не сказать рассерженных лиц.

Решив не провоцировать офицеров, управляющая смело шагнула в сторону круглого стола, за которым уже сидело два человека: престарелый офицер Гойд и приемник пропавшего после нападения культистов Маркуса, офицер по имени Пётр. Оба выглядели не слишком довольными происходящим, однако стоило девушке оказаться за столом, вежливо поприветствовали её.

Вскоре все места за столом были заняты, а народ, оставшийся не удел, вернулся к работе: заскрипели перья, зашептались солдаты-помощники, засуетились служители церкви Шестерых.

Первое слово как это обычно и бывало взяла сама Джулия:

– Ещё раз приветствую членов совета. Не будем откладывать вопросы в долгий ящик, приступим сразу. Офицер Гойд, прошу, озвучьте повестку дня.

– Кхм… – пожилой Гойд кряхтя поднялся, опершись о стол. – Первый вопрос — это поставки продовольствия из Голубой Глади Воды.

Лорд Валес обещал справить обозы за три дня, однако караван в срок не прибыл. Нужно решить, что…

Громкий стук прервал офицера, собравшиеся как один повернули головы ко входу, а парочка стражей потянулись к дубинам, но на пороге застыл не враг, а взмыленный солдатик в съехавшем на левое ухо шлеме, явно подобранном не по размеру.

– Какого беса?! – поднялся со стула Жак, но тут солдат очухался и заголосил:

– Капитан очнулся! Капитан Орло открыл глаза!

***

Сторожившие вход в Бави мужики кутались в тяжёлые рубленые куртки, подшитые шкурами.

Те страшно воняли, как и сами мужики, но грязный, слипшийся мех хоть как-то сохранял тепло, к великой печали, совершенно не защищая от промозглого западного ветра. Налетая страшными порывами, он норовил залезть за шиворот и украсть последнее тепло что осталось.

– Когда там уже Фила-Чионин час? (1) – буркнул деревенщина помоложе, поёжившись на ветру и переступив с ноги на ногу, в тщетной попытке согреться.