Кровь Достойных: Младший князь

Как, Боги и Твари, он оказался в Триозёрье? Да ведь сюда неделя пути от бастиона? Хотя, Николай ведь говорил — десять дней. Да, прошло десять дней. Хочешь не хочешь, а поверишь.

Обескураженный пленник не заметил, как короткая прогулка закончилась. Очередной коридор оборвался широкой обитой серебром дверью, у которой замерли по стойке смирно два стражника. В отличии от конвоиров Веруса, эти были похожи на настоящих воинов. Суровые лица, внимательные взгляды, руки на оружие. При виде их, троица из подвала, заметно стушевалась.

Так и не дойдя до двери, остановилась у стены слева, будто сомневаясь, что могут подойти ближе.

– Куда прёшь? Тут стой! – дёрнул за цепь конвоир идущий позади. Колодки больно врезались в кисти. Скривившись от боли, Верус остановился и кинул взгляд за спину. Долгих пару секунд с прищуром смотрел на конвоира, но эффекта это не произвело, даже наоборот:

– Что зенки щуришь? Думаешь страшно? – шагнул ближе верзила, ещё раз дёрнув за цепь, но гораздо сильнее прежнего, от чего Верус едва не упал.

– В усмирителе почитай не такой уж и страшный, бесов сын?

– А без? – зло спросил Верус, оперевшись о стену и оскалившись.

– Без? – словно бы задумался мужчина. Повернулся к напарникам и спросил: – Слыхали, парни? Бесов сын думает, с него усмиритель снимут! Хах! На кого повесили, уж не снимают. – рассмеялся он, не дожидаясь товарищей, один из которых сразу же присоединился к веселью, широко улыбаясь, тогда как второй нахмурился:

– Завязывай, Ерох.

– Чего это? – повернулся к нему весельчак.

– Кровать внизу видел? – кивнул хмурый.

– Ну…

– На кой ляд её туда припёрли? Думаешь, кому не попадя кровать в темницу ставят?

– Ну, нет… наверное, – протянул весельчак, переставая смеяться.

– Вот тебе и ну! – передразнил его хмурый.

– Да ладно тебе, мало ли что у высококровных на уме?

– В том то и дело, – не унимался единственный стражник с варящим котелком на плечах. – Астерия-Метронтас точно дрых, когда ты на свет выходил.

– Слышь?! – резко завёлся весельчак, округлив грудь.

– Говори, да не заговаривайся! А то зубья, то второй раз не растут!

– О! Кто это у нас…

Громкий удар железа о железо прервал спор. Все головы повернулись к дверям.

– Спасибо, Рос, – кивнул караульному, ударившему дубиной о щит, возникшей у двери старик. – А теперь, если вы закончили орать, как базарный бабы, – обратился он уже к конвоирам Веруса, – ведите его сюда. Суппорт Нокт ждёт.

Стоило Верусу перешагнуть порог, как в глазах зарябило.