Третий слева

Был соблазн рассказать всем, но тут гарантировано – всему предприятию конец. Тот же Бугор не поставит свою жизнь на благо города. Разве что Сэмс может подержать и то не факт. Знать бы, как его вывести из игры. А еще эта назойливая мысль о провале: что будет, если нам не удастся убить Рыбу? Смерть или каторга?

Я встряхнул головой, словно надеясь выкинуть пораженческие мысли, как дворовая собака воду из шкуры после дождя.

– Идем, сержант? – вопрос Сэмса прозвучал без интереса, словно был высказан по причине надобности сотрясти воздух.

Смотря на почти наивное лицо парня, внутри меня рос протест. Нет, пока доверять свою жизнь я не готов, есть в Сэмсе что-то неправильное.

– Да. А ты чего согласился на эту… авантюру? – во время обсуждения все так или иначе подходили ко мне и обозначали свою мотивацию на риск.

Первым был Седой. Он долго молчал, стоя рядом, после заговорил, будто бы сам с собой:

– Я с детства хотел быть стражником. Отец мой нес вахту на северных воротах. Даже было время, когда он в золотом порту ночные обходы делал.

В его незамысловатых историях стражники всегда были окутаны неким ореолом бесшабашной легкости с флером веселья. Такие герои на каждый день.

Но стоило мне надеть мундир, как все оказалось не столь прекрасно. Много ходьбы, еще больше призрения от жителей и командиров и самая малость счастья в жизненных мелочах. Я прекрасно понимаю, почему отец так много рассказывал историй – потому что другого у него не было. Я один раз попытался быстро разбогатеть и меня поймали, но тогда не было четкого плана, да и куш, честно говоря, выглядел бледновато.

Сержант, я с тобой до конца. Иначе от каторги не уйти.

После, когда я вышел освежить голову под морской бриз и насладиться чарующим видом моря, ко мне подошел Михлан. Едва поравнявшись, он четко произнес:

– Я верю в тебя, сержант, как верил Кол. Ты вытащил меня из легиона и наверняка вытащил из бедности, – и ушел, оставив меня в растрёпанных чувствах.

Кол верил мне и шел рядом, пока не был ранен и брошен.

Но судьба никогда не была простой штучкой со скучными капризами. Я встретил Кола на вторую неделю сержанства, он шел в колонне Неизвестных монахов. Полностью лысый, с белой как молоко кожей и взглядом полным надежды и любви. Проходя мимо, он чуть повернул голову и медленно опустил веки, словно давая знать: узнал и все идет по плану. Я не стал его разыскивать, всему свое время.

Бугор и Скоп оказались куда проще в своих желаниях.