Коммандер. Книга 2

И горсть серебра, врученная герром Местром, этому поспособствует.

Я посмотрел на юношу. Очень рослый для своего возраста, с крепкими, широкими плечами, пожалуй, уже готов таскать на себе тяжелое железо. Удлиненное, с тонкими чертами, лицо, узкие глаза с неожиданно длинными ресницами. Довольно-таки симпатичный парень, хоть красавцем его, пожалуй, не назовешь.

— Как вас зовут, юноша? Кёстрел?

— В семье меня звали так, — ответил он уже мужским, твердым голосом, — но я был бы благодарен, если бы вы называли меня Маркус.

— Решил сменить имя на более грозное?

Юноша смерил меня колючим взглядом.

— Просто решил сменить имя.

— Да пожалуйста. Маркус так Маркус. Ты умеешь ухаживать за лошадьми?

— Да, сударь.

— Снимать и одевать сбрую, чистить ясли, вычесывать им шкуры от перхоти и колючек, поить, задавать овес, вешать торбы, стреноживать ремнями и феттерлоками, проверять копыта, замечать лошадей, больных сапом?

— Все, и даже более того!

— Как это печально, Маркус! Ничего из этого тебе не понадобится! У меня нет лошади, и у моих людей их нет тоже.

Наши кони ходят не под седлом, а в упряжи, таща фургоны, и ухаживают за ними вагенкнехты.

В удлиненных миндалевидных глазах юноши блеснуло изумление.

— И как же вы воюете с другими лордами?

— Так и воюем, с повозок!

— Но вы даже не сможете следовать за отрядом сюзерена! Все ускачут далеко вперед, пока вы тащитесь на колесах по всем буеракам!

— Да, сударь, так все и будет. Пусть воюют другие, а мы приедем и соберем трофеи! Представляете, сколько всего можно увезти на телегах?

Юноша диковато озирался.

Он явно не так представлял себе будущее место службы.

— Вы не научите меня ни копейному удару, ни бою на ристалище?

— Увы. На падармы нас не приглашают. Вот стрелять из арбалета ты научишься в совершенстве. Дадим тебе лучшего учителя во всех провинциях Империи — сержанта Меткого! Он, правда, у нас неразговорчив, но мы его и ценим не за это! Он настоящий убийца, этот сержант! Линдхорст, скольких он подстрелил тогда, на площади Теофилбурга? Наверное, с полюджины?

— Восьмерых, как мне помнится!

— Восьмерых! Да это по более будет, чем иной рыцарь свалил копьем за всю свою жизнь! А Меткий настрелял их из арбалета за четверть часа! Вот это я понимаю, результат!

Юноша явно был не согласен с моей оценкой

— Разве это благородно, убивать врага из арбалета?

— Конечно же, нет.

Так он и не из благородных, Меткий Дитрих. Он мужик мужиком.