Афанасий Путешественник

Сутулившийся Доброгост уперся древком копья в землю и крутил его вокруг оси, задумчиво поглядывая на высокий свод пещеры. Одетый с иголочки Будигост сидел на бочке с приделанными к ней лямками и лукаво улыбался. Истома бурил тяжелым взглядом землю и, казалось, даже не замечал приближения Афанасия. Любим выразительно жестикулировал, то и дело демонстрируя Афанасию неприличные жесты и выкрикивая ругательства.

- Ах ты хлад окаянный! Да чтобы тебя от мороза скрутила! Сколько же ждать-то можно! Жрать бы тебе одни корнеплоды до конца жизни! Да не видеть тебе света Первопламени! Да чтобы ветер тебя унёс на самую вершину Вселенского Пика, в самое сердце ледяного ада и там тебя проклятые покарали!

Впрочем, ругань Любима не сильно пугала Афанасия.

Куда страшнее были молчаливая угроза, исходившая от Рознега и Истомы. Поэтому Афанасий постарался выглядеть виноватым, когда приблизился к своим невольным компаньонам.

- Моё опоздание объяснимо вескими причинами, поэтому ты, Любим напрасно ругаешь меня, - начал Афанасий.

– Купцы передали мне ещё денег и сейчас у меня в кошеле на тридцать золотых больше, чем было вчера. Разве моё опоздание не стоило пяти дополнительных золотых на душу?

- Трупов туда кидают как раз поутру. И буквально через час принесут новую порцию! – прокричал Любим. – Если мы немедленно не отправимся, то рискуем столкнуться с целым сонмом прожорливых и опасных чудовищ! Поэтому поскорее собирайтесь и выдвигаемся вперёд!

Афанасий никак не прокомментировал эту реплику и окинул остальных присутствующих.

- Если никто не возражает, то я целиком за предложение Любима. Воды у нас на трое суток, еды совсем немного. Тянуть нечего.

Рознег взял свою кирку и направился ко входу в тоннели мертвецов, по дороге грубо толкнул Афанасия плечом. Истома никак не проявил своего неудовольствия, и Афанасий понадеялся, что того действительно не разозлило опоздание формального руководителя их группы.

Тоннели мертвецов представляли собой довольно широкую расщелину в стене пещеры, уходившую глубоко вниз.

На границе между светом и тьмой отчетливо различимы тряпки, в которые заворачивали трупы, кровавые следы и ошметки плоти, оставшиеся от брошенных сюда мертвецов.

- Так, - по-хозяйски принялся распоряжаться Любим. – Теперь зажигаем два факела и двигаемся следующим образом: первым идёт человек, который готов драться, за ним человек с факелом, дальше выстраиваются остальные и замыкает шествие ещё один человек с факелом.