Кровавый вкус победы

Охранники работорговца наверняка считали себя непревзойдёнными бойцами, и даже не без некоторых оснований. Но, привыкшие в основном отгонять назойливых моралистов, в этот раз они наткнулись на достойных противников. Бой закончился быстро. Менкар приостановился, сделав вид, что не разгадал задуманного противником манёвра, будто бы подставляясь под удар. Охранник с боевым кличем замахнулся саблей, и тут же поймал заряд огня в открытую в результате замаха грудь. Маг даже не попытался уменьшить силу заклинания — мерзавцы, похищающие и продающие беззащитных девушек, не заслуживали никакого милосердия.

Второй же охранник вскоре переключился на офицера, но и здесь удача была не на стороне работорговцев. Удачным выпадом, офицер распорол противнику бедро, тем самым выведя его из игры. Степняк уже сделал шаг, собираясь лично показать, кто здесь хозяин, но пошатнулся и упал на дорогу. Алия, о которой все забыли, невозмутимо отбросила увесистое полено.

— Приляг... красавчик, — ехидно прокомментировала она.

Менкар развязывал верёвки, стягивающих руки пленницы.

Девушка подняла на своего спасителя сияющие глаза… а потом громко разрыдалась, спрятав лицо в ладони.

— Не плачь, всё позади, — стал ласково успокаивать её маг, не пытаясь, впрочем, дотронуться. Вдруг она подумает, что за спасение они потребуют соответствующее вознаграждение?

— Я опозорена… — сквозь слёзы простонала девушка. — Теперь меня никто замуж не возьмёт! Я предстала без одежды пред богомерзким чужеземцем! Нет мне прощения!

— Тихо, тихо, — Менкар совершенно растерялся.

— Мы никому не скажем. Сейчас накинем на тебя что-нибудь и отведём ...

— Но Сверемир видел! Я грешна перед богом! — упорствовала пленница, продолжая рыдать навзрыд.

Маг не знал, что ему делать. В тот момент он с поразительной ясностью осознал, насколько всё-таки маги отдаляются от обычаев, свято соблюдаемых простыми кальшехранцами. В годы, когда он был ещё студентом, одну из волшебниц на практике захватило в плен дикое южное племя. Они нашли её сидящей в круге бездыханных тел.

Кроме пары разорванных тряпок на ней ничего не было. Но девушка осталась совершенно невозмутима. Спокойно пояснив спасательной экспедиции, что дикари скоро очнутся от сонного заклятия, она запахнулась в предложенную мантию и вскочила на лошадь...

Алию же жалостливые стенания ничуть не тронули. То есть, может быть, она и посочувствовала бы несчастной страдалице, если бы та не бросала на Менкара столь недвусмысленные призывные взгляды.