Запад

Похоже, ему «повезло» оказаться в самом натуральном вражьем логове. Краем сознания Книжник ощутил даже особый интерес исследователя – ведь никому из кремлевских еще не удавалось описать настоящее логово нео. Наверное, просто потому, что никому не довелось вернуться из него живым. 

     Тем временем знакомый нео, почесываясь, важно стоял у костра, посередине логова: добытчик, несомненно автоматически становился героем дня. Хотя, черт его разберет, может, это был другой мут – все-таки, все они были на одно лицо – жуткое подобие человеческого.

 

     - Рыг его добыл! – заявил нео, постучав себя в плоскую серую грудь. – Это мое!

     Теперь он потрясал отобранной у семинариста сумой. Правда, недолго – пока к нему не приблизился здоровенный верзила – раза в полтора массивнее первого. Не говоря ни слова, забрал суму и отодвинул обиженного сородича в сторону. Книжник успел отметить очевидную иерархию в логове мутов. Этот здоровяк, похоже, здесь главный. Ближе к костру сидели другие самцы-воины.

Во втором круге, за их спинами – самки с детьми, чуть дальше – немногочисленные седые нео. Судя по кислым минам стариков, их доля была не намного лучшей, чем у пленного врага: говорят, у мутов принято пожирать старшее поколение. Но, конечно же, сейчас они предпочтут молодое мясо. 

     Главарь, тем временем, вытряхивал содержимое сумы. Недоуменно повертел в руках и отложил в сторону толстый берестяной блокнот. Тугой сверток с целебными травами обнюхал – и брезгливо отбросил.

Куда больше его заинтересовала краюха хлеба и припасенный на первое время кусок сала. Не долго думая, главарь принялся жрать под завистливыми взглядами соплеменников, продолжая копаться в нехитрых трофеях. А вот остро отточенные стилосы его заинтересовали. 

     Книжник заворожено следил за тем, как нео вертит в непослушных пальцах сверкающие острые предметы, и вздрогнул, когда мут вдруг зашипел, уколовшись. Главарь  поглядел на скрюченный, узловатый палец, на котором вспухала капля темной крови, перестал вдруг жевать – и с застывшим  недоумением на морде повалился на спину.

Некоторое время муты с тупым любопытством наблюдали, как трясется в судорогах и обильно пускает ртом пену их непрошибаемый с виду вожак. И когда тело застыло окончательно – наступила зловещая тишина.

     Яд тайницкой цикуты  – травы-мутанта из Тайницкого сада – вещь убийственная и страшная.