Триединый

Должно быть, это выдающийся мастер своего дела. Раньше у тебя не было совсем никаких способностей, а нынче ты в силах тягаться с бойцом, опившимся малихальтом. И это за столь непродолжительный срок!.. Впрочем, нет, забудь. Пожалуй, я сам встречусь с наставником, чтобы лично засвидетельствовать свою признательность.

Я представил, что обо мне может рассказать Ансельм. А после, когда Эзерин сопоставит слова учителя фехтования и реальность, у него наверняка возникнут вопросы, на которые мне будет сложно ответить. Следовательно, встречаться им нельзя.

— Не нужно, отец! — поспешно воскликнул я. — Наставник чрезвычайно занятой человек! У него нет ни одной свободной минуты — сплошные тренировки! И вообще, он уехал!

— Уехал? Куда? — озадаченно спросил Эзерин.

— К родственникам, — соврал я.

— Что ж, значит, встречусь с ним в другой раз.

У меня отлегло от сердца.

— Отец, директор Краус говорил, что школу «Алмазный вихрь» дисквалифицировали из-за того, что Драйс Зангар использовал что-то запрещенное. Ты сейчас упомянул мали.

Эзерин сжал губы. Помолчал, точно обдумывая, стоит ли объяснять. Потом промолвил:

— Малихальт — это снадобье, способное многократно усилить Дар. В некоторых случаях — дать какие-то дополнительные магические умения. Из-за большой опасности, использование малихальта считается серьезным преступлением.

— Опасности?

По лицу Эзерина было видно, что он не особо рад этому разговору. Тем не менее, с тем же терпением, что и в первые дни нашего знакомства, отец продолжил разъяснения:

— Действие снадобья крайне нестабильно.

— Понятно.

Некоторое время мы сидели молча. Вспомнив о письме главы рода Ардисс, я хотел рассказать о нем отцу. Но тут вернулась Росальба. При ней душа не лежала обсуждать сложные для семьи темы. Поэтому все оставшееся время мы просто болтали, смеялись и ели сладости.

* * *

На нас пялились абсолютно все. Парни нашего возраста — с завистью, девушки с любопытством, взрослые — кто с недоумением, кто осуждающе. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Но в то же время я чувствовал себя счастливым. Самое ужасное, это было только начало. И я не был уверен, сумею ли целым и невредимым вернуться в школу…

Началось все вполне обыденно. Пока все ученики «Стальных роз» самозабвенно занимались, мы с Фиореллой собирались на прогулку.