Шэнь Сяофань. Дом за кучевыми облаками

— Анцинь, будем прощаться, — Шэнь старался говорить мягче, надеясь, что маленький Заклинатель немного пришёл в себя и не создаст проблем, — Здесь ничто не угрожает, м-м?

Он подхватил под руки мелкого и выудил на свет, поставил перед монахом.

— Младший из «Красной вуали». Анцинь. Ступень не понимаю. Выше первой. Попал под обвал и… не говорит, — Шэнь аж устал от своей речи, и в конце облегчённо выдохнул.

Младший весь словно окаменел и только хлопал ресницами, не отрывая взгляд от Шэнь Сяофаня. Кажется, всё пройдёт лучше.

Никто не кричит и не рыдает.

— Пойдёмте, мастер, со мной, — сказал даос и наклонился к мальчику, протягивая ладонь. — Вам нужно поужинать и согреться.

Ветер трепал плохо зачёсанные пряди волос Анциня. Он не отрываясь смотрел на своего «гэ», и лишь в уголках глаз выбило ветром несколько слезинок.

— Мы позаботимся о юном Заклинателе, юноша, — мягко прогудел даос. — Можете идти. Доброго пути!

Шэнь потрепал мелкого по плечу, пододвинул ближе корзину с вещами мальчишки на дне, поклонился всем и, развернувшись на месте, зашагал прочь.

За спиной остались лишь двое монахов с детьми и пустой, продуваемый всеми ветрами двор даосского монастыря.

Сяофань чуть ли не бегом выскочил за ворота, и те со скрипом закрылись за его спиной. Очень странное чувство одиночества снова накрыло охранника. Даже призрак куда-то запропастился. Что-то саднило внутри и было трудно дышать. Шэнь передёрнул плечами и поморщился.

Мысль остаться в монастыре на ночь уже не казалось глупой.

Но… Шэнь, если честно признаться, сбегал от Анциня, чтобы не передумать…

Он раздражённо тряхнул головой, отгоняя неуместные мысли, и потопал вниз по извилистой каменистой дороге. Спускаться намного легче, хотя ноги уже гудели, ругаясь на неугомонного хозяина.

— Гэ-э-э! — Раздался вопль за спиной.

— Тц, — только цокнул языком Шэнь, оборачиваясь. От высоких красных ворот к нему нёсся Анцинь, весь расхристанный и с заплаканным красным лицом. Его тёмная фигурка в свете надвратных факелов смотрелось болезненно тонкой, словно призрачной.

Мелкий с разбега прыгнул на Шэня, цепляясь за него руками и ногами. Охранник лишь тяжко вздохнул и подхватил тощее тельце.

— Гэ-э-э! — с рыданиями прокричал ему в плечо мальчишка, уткнувшись сопливым носом. — Гэ-гэ-э-э!

А в воротах замер пожилой даос со знакомой корзиной в руках. Когда Шэнь Сяофань вернулся к воротам, мужчина произнёс, глядя куда-то вдаль, в темноту.

— У вас общий путь, юноша.