Дрейф-механик

Крайсава начала закипать, и я решил, что пора вмешаться, пока она не сорвалась.

Остановив её жестом, я вытащил из кармана моток бечёвки (невольно вспомнились времена, когда я был всего лишь ловцом), связал Усладу руки и ноги. В качестве кляпа сгодился его же галстук.

Положив пленника за куст, я захлопнул дверь в коридор. Ключ в скважине отсутствовал, но я повернул язычок замка при помощи тяги. Сказал Крайсаве:

— Ну, несколько минут мы, надеюсь, выиграли. Пути назад уже нет. Ты вообще понимаешь, что с нами будет, если сейчас не поймаем Конюха? Твой друг ведь не преувеличивал — нас просто растопчут.

Тебя особенно.

— Понимаю, — подтвердила она. — Но бывают моменты, когда надо идти ва-банк. А если не выгорит, вали всё на меня. Истеричка, мол, навязалась в попутчики, а потом сорвалась с цепи, и ты не успел её удержать.

Я с удивлением понял, что она говорит всерьёз. Покосился на куст, за которым лежал Услад, и спросил:

— Что он всё-таки тебе сделал?

— Ничего непоправимого, к счастью.

Но и ничего хорошего, к сожалению. И вообще, сейчас это уже неважно. Мы идём ловить Конюха или как? Наизнанку вывернусь, но узнаю, что они затевают.

Я открыл дверь во двор, и мы шагнули из душного, обволакивающего зноя в ночной декабрьский холод.

Глава 17

Мороз хлестнул нас ледяной плетью, и мы невольно почти перешли на бег. Теперь мне стало понятнее, как себя чувствовали южные гости, вступая утром на нашу мёрзлую территорию.

Во флигеле горел свет, но окна были зашторены. Когда мы добрались до порога, я придержал Крайсаву:

— Встань сбоку от двери.

Ты с вивисекторами ведь лично не сталкивалась? У них есть разные трюки. У самых сильных, по крайней мере. Вещун меня, например, почти загипнотизировал. Так что подстраховывай меня. Если сейчас увидишь, что я теряю контроль, выскакивай и бей тягой. Всё поняла?

Она дисциплинированно кивнула и чётко выполнила инструкцию. Я натянул перчатки, подёргал дверь — заперто.

Секунду-другую я колебался. Вломиться жёстко? Соблазн велик.

А если вдруг там окажутся случайные люди? Какая-нибудь местная дворня? Да и причастность Конюха пока под вопросом, Услад её подтвердил лишь косвенно…

Крайсава в платье тряслась от холода, но не торопила меня. И не рвалась крушить всё без разговоров. Приняв решение, я вежливо постучал.

Открыл лично Конюх — я тоже помнил его фотографию из архива (лицо и впрямь совершенно непримечательное). В отличие от других вивисекторов, голову он не брил.