Апология Чистого Разума

Их могло быть на двух человек больше, если бы не старания Зака, который с великим трудом вытащил Йема с того света. Ты решил обесценить работу лекаря?

Но Хуано не слушал. В его глазах поигрывали огоньки, а зубы натужно скрипели.

Остальные офицеры не верили своим глазам: благородные служители Магистрата, представители высшего столичного общества, сейчас желали только уничтожить друг друга. Товарищи усердно растаскивали их в стороны, словно пьяную драку в таверне. Неужели из-за обид люди могли пасть так низко, пренебрегая приличиями?

Вдруг Хуано сильно покоробило.

Он дрогнул в приступе конвульсий и повис на руках трёх офицеров. Боевые металлические перчатки исчезли.

— Что с ним? — спросил Зак.

— Потерял сознание. — Ответил Ирен. — Походу, не притворяется — оружие пропало.

Посыпались голоса офицеров:

— Это ведь не значит, что… — Да быть такого не может! — А почему нет? Все сходится.

Четвертое правило глефистики гласило: «Каждым видом глифа может воспользоваться только тот носитель, кто обладает подходящим характером».

Из этого правила следовало, что если характер носителя вдруг изменился, то он утрачивал возможность использовать тот или иной глиф. Если подобное происходило во время активированного заклинания, то у носителя наблюдались короткие судороги и потеря сознания. Это длилось от пары дней до нескольких недель.

Хуано утратил свой стальной характер, присущий всем обладателям глифа металла. Он дал слишком сильную волю гневу.

На переобучение офицера потребуется много сил, времени и средств, чему Магистрат явно не обрадуется.

В лучшем случае Хуано ждет понижение в звании до рядового солдата, а в худшем — увольнение без последующего жалования.

— Черт! — вмешался Йем. — А меня больше волнует то, как мы это объясним капитану.

Начался спор. Говор и крики доносились до Актеона сквозь деревянную дверь.

Из щели пробивался лучик света, и пылинки плавно парили в нем. Актеон уже давно не стоял, а съехал на верхнюю ступень.

«Вот это театральная постановка, браво! Мои искренние овации.

— Подумал Актеон, поднимаясь. — Мне их почти жаль. Кто они? Для меня — болванчики, обязанные долгом службы, которые не вызывают ни капли сочувствия».

— Но, что бы ни произошло, на всё воля Избранных. — Беззвучно прошептал он и аккуратными шажками по скрипучим ступенькам направился в трюм.

Там его ждали Уорвик и Ирен. Всё это время они пытали Шипастую и, может быть, узнали кое-что интересное. Или нет.

Глава 7.