Демон и Кикимора

- Но я не…

- Не бзди! – приходилось орать, перекрикивая шум ветра, не хотел, чтоб хвост слышал это по переговорному. – Вон, Алеся справляется. Всего-то держи ровно. Я отдохну полчасика и приду в себя, посадим вместе. Или прыгнешь, только дотянем до Англии.

Парень струхнул, когда, укладывая мою тушку на пол, обнаружил Михаила без признаков жизни. Мы над Германией, до базы – дохренилион, самолёт повреждён, оба пилота валяются на полу подстреленные, лобовое остекление разбито, в приборной панели зияют пулевые дыры, и бомбардир должен сесть за управление… Я бы тоже на его месте пересрал.

Самое ужасное из того, что мы когда-то могли вообразить с Михаилом, свершилось: пилоты в ауте, «крепостью» рулит покойница! Она одна вела самолёт на прямой пять или семь секунд, пока Лёва не ухватился за рукоять.

Он опустился на моё кресло, кинув косяка на дырку в спинке. Наверно – с кровякой, так эффектнее. Потом зыркнул на Алесю, спокойно удерживающую штурвал. Для этого суеверного парня она была не болотным нечистиком, а настоящей кладбищенской нежитью.

Но они обеспечили мне сколько-то условно спокойных минут. Эскадра снизилась до трёх тысяч, видно, у многих проблемы с обеспечением кислородом. Какое-то время ничего не слышу, кроме ровного гула моторов. Закрываю глаза, сосредотачиваюсь…

Как только снял блокаду с болевых ощущений в брюхе, там словно снаряд с серной кислотой взорвался.

Сначала пуля. Ан нет, ранение навылет. Остались сущие мелочи – лохмотья куртки и нательного белья… О, и какая-то железяка. Наверно, фрагмент приборной панели. Мелкие, но их много, и за четверть часа успели сместиться от раневого канала…

Как объяснить боль, когда металлический огрызок усилием воли выталкиваешь из брюшной полости? С родами? Но ребёнок проходит через назначенные природой родовые пути, а не через порванное чрево. Наверно, примерно такое же наслаждение принёс бы железный ёршик для чистки печных труб, вставленный в задний проход.

Пока вытолкнул, жить расхотелось, и это ещё не всё. Далее по порядку, ничуть не легче, с остальными посторонними объектами, оставь хоть один – здравствуй, заражение. Конечно, демоническое здоровье его победит, но зачем усугублять пытку?

Идём дальше. Перебитая кишка тонкого кишечника. Она, конечно, регенерировала, но её содержимое попало в брюшную полость.