Кинопольский волк

Если бы их интересовала волки, им не было бы разницы, кого убивать — тебя, меня, мою маму, Алчихину. А они ударили так, как будто хотели отрезать Коалиции голову.

— Может, они не знали ни про кого, кроме меня и Кинеля?

— Интересно, откуда они могли про вас узнать? И неужели их источник не знал про других?

— Ладно, пускай ты прав. Я пока не вижу в твоей версии ничего нового. Кто-то внутри коалиции расчищает себе место, возможно в союзе с Церковью Воссоединения.

Ему мешали твой дядя, мой отец и сам Кинель. И что из этого? Как нам вычислить убийцу? В Коалиции полтора десятка вожаков, это может быть любой.

— Не любой. А только тот, кто как-то пересекается с Церковью. Потому что он заключил союз. Не бывает союза без общего интереса.

— А если Церковь просто нашла кого-то и начала шантажировать? Даже не из Коалиции, а рядового волка. И он потихоньку передаёт им списки.

— Не-а, Копи. Даже если бы они поймали за хвост одного волка, ему было бы проще навешать им лапши и сообщить в Коалицию. А резона выдавать кто в ней нет никакого. Если они фанатики, он не может не видеть, что разницы нет — умрёт он первым или последним.

— Он может быть в чём-то замешан, понимаешь?

— Да, я был на заседании только один раз и не знаю правил Коалиции. Но уверен, что твой отец его бы выслушал.

И нашёл бы способ распутать. Тут что-то совсем другое.

— Надо же, какой специалист по волчьим нравам! Позавчера научился перекидываться и уже знает лучше меня, что в Коалиции может быть, а чего не может.

— Ничего я не знаю. А если бы знал, то не говорил бы тебе ни слова, а просто попросил телефон, набрал твоего отца и сказал, за какую ниточку дёргать. Но что говорить, я не знаю.

Просто рассказываю. Зачем рассказываю? Чтобы ты находила ошибки и меня поправляла. Потому что если не проверять, можно не просто чушь придумать, но потом в эту чушь ещё и поверить. Так что стой на подхвате.

— Стою и хватаю. Только мне кажется, ничего ты особенного не придумаешь. Потому что ты не знаешь Коалиции и даже не представляешь, с какой стороны её могут грызть.