Кинопольский волк

Здесь живут!

Лакс не стал спорить.

— Посмотрим. Я думаю, всё получится.

Разговор не особенно его занимал. Он больше вслушивался в себя, пытаясь понять, что происходит. А происходило странное — внутри него рос волк. Нет, у этого волка не было отдельного сознания, только сеть из едких, горячих потоков мыслей и чувств, которые медленно прорастали сквозь него, готовые заполнить прежнего Лакса целиком. Лакс был волком и волк был Лаксом.

«Сейчас перекинет», — подумал Лакс тем же тоном, каким думают «сейчас вырвет».

— Я Альф. От слова «Альфа». И я здесь главный. Почти как Кинель в Коалиции, только ещё главнее. Почему? Потому что Кинель в Кинополе, а я здесь. Так что давай, приветствуй, как положено в привычном обществе.

— Ну, привет, — Лакс протянул руку.

Альф посмотрел на неё с удивлением.

— Так люди здороваются. А у волков давно по-другому.

— Как это по-другому.

— Ну как в Коалиции, как ещё. Становишься на колени и подаёшь лапу.

— Не буду я подавать лапу! Я не собачка дрессированная!

— Ты что себя, умнее Коалиции думаешь?

— Там это просто церемония.

— Ну и у нас церемония. Что тут неправильно.

— Да то, что пока вы тут церемонии разводят, в городе других оборотней убивают

— Убивают? — Альф усмехнулся, — Это весело!

— Их убьют — за вас возьмутся.

— Ой-ой-ой, я уже испугался. Нас почему здесь держат, как ты думаешь? Чтобы мы сами никого не убили! Так что не болтай, а нормально подавай лапу.

Копи поднялась на диване и зевнула, моргая спросонья глазами. Альф тут же побежал к ней.

— А вот и Копи, наша зубастая малютка! Ты к нам так редко заглядываешь. Ни разу толком не поздоровалась.

И прежде, чем девушка успела опомниться, полубонял её и поцеловал в губы. Копи дёрнулась, как после микстуры и посмотрела на него распахнутыми глазами. Альф замурлыкал, отпустил её и вернулся к Лаксу, постепенно возвращая себе грозный вид.

— Давай лапу! — приказал он.

— Не буду я тебе лапу давать!

— Я здесь главный. Поэтому ты сейчас дашь мне лапу.