Кинопольский волк

И мог жить до сих пор — если бы не умер.

— Подождите… — Копи нахмурилась и даже отложила куриную ножку, — так вы знаете об убийствах?

— Конечно знаю! Я как тот, из «Войны и мира». Из поместья не выезжаю, а всё, что мне надо, узнаю.

— Зачем тогда спрашиваете?

— Я хотел услышать, как ты станешь это рассказывать. Кстати, ты не представила своих друзей.

— Это Стас Лучевский, его отца вы знаете ещё по Первой Коалиции.

— Волченя? — Бирюкевич пригляделся, — Новое лицо, новая фамилия. Мы успели от них отвыкнуть. Неужели Кинель решил отступиться от отцовских принципов?

— Волченя заступил на вакансию, но замещение пока не объявляли. К нам стучится стая Гамидова и Кинель решил их натравить на сектантов. Чтобы эти скоты из секты поняли, какими могут быть волки, если их разозлить.

— Гамидов меня не интересует. Ты про Волченю расскажи. Откуда он взялся и кем приходился покойному?

— Говорит, что племянник.

Теперь уже Бирюкевич замолк и посмотрел на Лакса очень внимательно.

— От Анны что ли?

— Да, — Лакс кивнул, — Но мама, когда разводилась, не стала меня переписывать на девичью фамилию. Говорила, что из-за деда. Чтобы не было ассоциаций.

— Анна в своём духе, — Бирюкевич кивнул, — даже тут отгораживается. А ведь твой дед был великим человеком. И волком ещё.

— Мама не любит про него вспоминать, — Лакс задумался, — Они даже не созванивались. Мы приезжали к нему пару раз, но очень давно, мне было тогда лет шесть, наверное. Ничего уже не помню. А потом, когда деда убили, на поминки она поехала одна. Сказала, что вся семейка порченная, не стоит на них смотреть.

— Правильно думаешь, — Бирюкевич кивнул, — идём дальше. Она тебе что-нибудь говорила про деда?

Лакс начал вспоминать. Странно, но в этом доме-музее дед казался как-то более уместным, чем в большом наружнем мире, которые уже успел измениться до неузнаваемости.