Обманувший смерть

Третий этап — уверен, что и внутри домов укрытий хватает. Ниже третьего этажа окон я так нигде и не увидел.

Исключение — торговый центр. Я добрался до ближайшего, для чего час ехал на автобусе, с двумя пересадками. За это время миновал штук пять стен, чтобы попасть в район, который можно назвать престижным. Чистые улицы, аллеи, парк рядом, речка, фонтаны и, конечно же, толпы людей. В первую очередь школьники и молодежь, что тусовалась кучками. Идиллия. А если сравнивать с трущобами, так и вовсе — рай на земле.

Не удержался и взял себе чашку кофе с булочкой. Деньги есть, могу себе позволить. После шоппинга, когда стал выглядеть приличнее, и на меня перестали коситься, можно было расслабиться и просто понаблюдать, как живут люди. Главное — по-настоящему расслабиться. Не смотреть волком на прохожих, не ждать, что на меня нападут. По сути, я сейчас разведчик в новом для себя месте. Лучшая маскировка — слиться с окружением. Что я и делал, отыгрывая роль беззаботного мальчишки, что прикупил сладкого и сидит в парке.

Как нагулялся, то с пересадками, остановками, а где-то пешком добрался до нужного места, где скрывался дом мальчика. То, что место то самое, — инфа стопроцентная. Я это ощущал так отчетливо, что сомнения развеивались по ветру. Память тела давала о себе знать. Пока наблюдал издалека, всплывали воспоминания о том, как я сотни раз заезжал в этот квартал.

Стена, преграждающая цель, возвышалась метров на пять. Из красного кирпича, она пылала роскошной отделкой, что говорило о многом.

У дороги блокпост. Ворота открыты, проезд свободный, но рядом стоит КПП, где видно двух мужчин. Сомневаюсь, что туда можно свободно зайти кому угодно. Открытая дверь создает лишь иллюзию этого. Что примечательно, особняки стоят чуть ли не в самом центре города.

Возможно, если я подойду к охране и назову себя, меня пропустят. Но есть два «но». Первое — я до сих пор не знал своего имени. Второе — мои враги сразу же об этом узнают. Поэтому, определив место, отправился собирать информацию дальше.

Ничего, я ещё сюда вернусь. Моё время настанет.

***

— Кано, видишь, дыхание гуще стало? — обратился ко мне Волчонок.

— Вижу. О чем это говорит?

— Сначала дыхание густеет, становится плотным. Потом цвет меняет, от черного к красному. А дальше... Большой выдох будет.

— Насколько большой?

— Настолько, что все, кто может — попытаются сбежать. Он раз в пару лет бывает.

— Но как-то же люди выживают?

— Выживают, — вздохнул мальчик.