Боги и Свершения

Почему? Что могло произойти там, в стране Твердынь, чтобы настолько сильно подорвать Гедемина изнутри?

Воспитание дворфов не позволяло Гарде задавать такие вопросы напрямую, но пребывание всю жизнь в человеческом обществе наоборот, полностью поддерживало ее идею докопаться до сути другого существа, вникнуть в его душевные переживания.

Пожалуй, если бы пыльная дорога, постепенно начинавшая заполняться утренними прохожими, протянулась чуть дольше, она и предприняла бы первые попытки расспросить его о таких высоких темах.

Но едва первое слово хотело сорваться с ее губ,  Гедемин заметил:

- Не забудь про порог. С твоим ростом нужно всегда о нем помнить. Вся налетевшая на Гарду романтичность исчезла.

-И без тебя понимаю. – Буркнула она, после чего первой вошла в помещение.

Книжная лавка помещалась в небольшой комнатушке, которая раньше служила в качестве прихожей прошлым владельцам дома, сейчас же весь одноэтажный домишко подвергся многочисленным изменениям, чтобы служить в качестве наемного помещения, в котором помещались книжная лавка, лавка травницы и комнатушка самого хозяина дома.

Йескела, как центр региона, располагал не одной, и даже не двумя книжными лавками: королевство повсюду стремилось поощрять грамотность, книгопечатанье развивалось в этот период быстрее, чем за последние две сотни лет. Печатались не только учебники по грамоте, но и сказки, поваренные книги, романы, священные книги множества религиозных культов.

Книжная лавка данного образца была распространенна больше, чем вычурные магазины для благоустроенных горожан.

Каменные стены, деревянная крыша, деревянный, местами подгнивший пол да  несколько шкафов с книгами и прилавок – вот и все убранство подобного заведения. Книг в нем обычно меньше, чем места для них, но оттого ценней каждый из экземпляров. Хозяева подобных лавок похожи друг на друга, различаясь лишь иногда расой да ростом. Продавец конкретно этого места был человеком лет сорока – пятидесяти, худощавый, с седыми волосами и опрятной бородкой. Все в его поведении указывало на отягощенность знаниями во многих областях. Он прекрасно разбирался в содержимом любой книги, которую продавал, даже если речь шла о женских романах, всегда разъяснялся спокойно и деловито.

И тем страннее в этом месте выглядела массивная фигура, чье внимание было полностью поглощено раскрытой на середине книжонкой, чья обложка гласила: «Сорок заветов Пелиарцена».

Бить был демоном из расы ластрийцев, которые были известны своей силой и ростом.