Век магии и пара. Книга 3. Витязь

Так что я внезапно оказался для них очень нужным человеком.

По приезде на завод я попросил Семёна Валерьевича отчитаться за последние дни. Исходя из его слов, за время моего отсутствия почти ничего не поменялось. Предприятие работало в полную силу. Правда, как оказалось, устарела часть оборудования, и мы не справлялись с нарастающим потоком заказов. Нужно было менять станки. Поставки сырья тоже шли с перебоями из-за перегруза железных дорог. А заказчики требовали соблюдения сроков. Заказчики у нас были серьёзные: государственные компании и армия.

Мы производили галоши, автомобильные шины, накладки для гусениц и много всякой всячины, необходимой на фронте.

Но была и ещё одна проблема: в последнее время рабочие начали активно выражать недовольство. Из-за войны цены на хлеб, зерно и прочие продукты питания взлетели до небес. А жалования платили прежние. Так было не только у нас – многие предприятия столкнулись с подобной проблемой. Лишь на государственных заводах увеличивали жалование. Но государство могло это себе позволить, мы – нет.

Потому что дорожало не только продовольствие, но и сырьё. Нефть, например. Мы её закупали у Воротынских, которые держали в этом регионе несколько крупных скважин. Так вот, с началом войны они взвинтили цены в полтора раза. Впрочем, как и остальные. Все пытались извлечь выгоду, и наш род не стал исключением: деньги нам сейчас были нужны как никогда прежде. Мало того, что надо восстанавливать поместье и возмещать убытки, понесённые из-за конфликта с Барятинскими, так ещё и император требует снаряжать войско. Кроме того род находился фактически в состоянии войны с двумя могущественными кланами и должен был думать о собственной защите. В общем, выживали, как могли.

И разумеется, вся тяжесть разборок знатных семейств легла на плечи простых людей. И начались недовольства. Даже полицию пришлось вызывать (это случилось в моё отсутствие), дабы усмирить вышедших на стачку рабочих. Закончилось тем, что схватили троих активистов, ещё десятерых отдали в солдаты.

Семён Валерьевич рассказывал мне всё это, сидя в моём кабинете, в кресле за чайным столиком. Я расположился напротив. Семён Валерьевич был человеком небольшого роста, степенным и деловым. Лысина, пенсне, серьёзное выражение лица и золотая цепочка от часов, пристёгнутая к пуговице сюртука придавали заместителю особенно солидный вид. 

– Это не у нас одних такая беда, на всех предприятиях в городе рабочие недовольны, – посетовал заместитель.