Проклятие и искупление. Том 3. Единство

– Вот дурак, – беззлобно прошептала девушка и нахмурилась, услышав шаги в ванной комнате. Осторожно отворив дверь, в спальне появилась новая горничная и, сделав на цыпочках несколько шагов, так и застыла с тряпкой в руках, когда заметила, что Оника уже не спит.

– Простите, я не хотела вас потревожить, – залепетала служанка. Оника всего несколько раз видела эту миниатюрную девушку, снующую везде неприметным мотыльком, с русыми волосами и совсем еще детским лицом.

– Прекрати, ты меня смущаешь, – после ночи погружения в воспоминания о прежней жизни, Оника с трудом вспомнила, что здесь она простолюдинка, еще вчера утром бывшая такой же горничной, и должна вести себя соответствующе.

– Пожалуйста, не нужно формальностей, я и без того чувствую себя не в своей тарелке.

Девушка энергично кивнула и, сжав мокрую тряпку, затараторила в такт закапавшей с нее воде:

– Господин Кристар сказал, что вы будете долго спать. Я немедля принесу вам завтрак!

Горничная вылетела из комнаты так скоро, что Оника не успела сказать и слова.

Подивившись тому, что дворец переменился, стоило только оказаться по другую сторону сословного разделения, она нехотя выбралась из кровати. 

Оника поняла, какой же ошибочной оказалась ее догадка, когда горничная передала, что ее ждут на ежедневном уроке шитья для придворных дам. И хоть комната, где проходили занятия, пестрела громоздящимся друг на друга картинами, вычурной мебелью и изысканными платьями, обладательницы последних смотрели на Онику ничуть не лучше, чем служанки.

Дочери членов Собрания и их внучки – добрых три десятка благородных девиц были оскорблены присутствием рядом с ними простолюдинки, которой досталось все расположение воспитанника Всевидящей Матери.

Среди них нашлась всего одна девушка, решившая заговорить с Оникой.

– У тебя хорошо получается, – заметила она, взглянув на вышитый на лоскуте ткани символ Церкви. – Меня зовут Рифта, я приехала во дворец совсем недавно и почти никого не знаю. В столице все совсем не так, как в Этварке.

Но здешняя библиотека, и правда, настолько потрясающа, как о ней говорят. Господин Шараф, ее смотритель, – мой дедушка. Это ведь ты та девушка, что читала ему по вечерам?

Оника кивнула, видя, что Рифте не терпится снова заговорить. Большие любопытные глаза без стеснения изучали избранницу Кристара.

– Он много жаловался, что не мог найти столь же способную горничную. Конечно, среди служанок дворца многие знают грамоту, но никто не умел читать так складно, как ты.