Мечта Лютия. История Лютия Редвуда. Книга 3

Он всё так же смотрел на меня с сочувствием.

— Не сочувствуй мне! Ты не понимаешь, я сам не понимаю. Я чувствую боль, сосущую моё сердце. Однако и я, и ты, несмотря на то, что я сейчас говорю, продолжим убивать. Твоя мечта осуществима только через кровь других, что ж, хорошо! Если мы исправимся, ничего не изменится. Ты проявил сострадание — тебя чуть не убили, Жозефину, молодую девушку, которым, как мне кажется, не место среди жилистых верзил убивать других верзил, тоже чуть не убили!

— Неужели ты и правда создан человеком… — прошептал Ларс.

— Я не верю в это, — отрезал я. Я не мог просто поверить в эту фееричную историю о том, что мы просто создания людей. Как какие-то големы, только с отклонениями: эмоциями, душой. 

— Ты скучаешь по своей семье? — спросил Ларс. Я сразу вспомнил маму и папу. И этот их образ: древо отца, под которым чахла моя мамулечка. Без его любви она, словно цветок без воды, завяла. Отец, который отдал свою жизнь, лишь бы только нам с мамой жилось легче. Он воевал за семью.

И я. Я тоже пошёл по его стопам. Воевал за Лилию, которая терпеливо ждала меня. Она уже держала под сердцем ребёнка. Я бы вернулся к ней, обязательно вернулся бы с той миссии, и вместе мы бы вырастили его. А вместо этого… к чёрту!

Я зарыдал. Таков был мой ответ на вопрос Ларса.

— Может, после Кайтлин я попробую помочь и тебе… как-нибудь постараюсь… — неуверенно сказал Ларс, смотря на меня, страшного для него воина, который громко рыдал, звонко роняя свои слёзы.

— Может… может… — проревел я и отвернулся, уткнувшись в подушку.

— Оставь меня, слёзы воина — слишком интимное зрелище.

— Настоящие человеческие слезы. Не каждый способен на такое. Всё, я ушёл, — говорил Ларс, и голос его отдалялся вместе с шагами. Пока совсем не стихло, и лишь далёкое пение птиц нарушало эту тишину. Я подошёл к окну: за решётчатым металлическим забором был парк с лавками, пустой и живописный. Закат краснел, наливаясь сначала этой отвратительной краснотой, будто бы кто-то брызнул кровью в небо, а затем неожиданно небо укрылось за чёрным одеялом со сверкающими звёздами.

Ветер покачивал посеревшие и почерневшие от ночной тьмы деревья, цветы, а я всё наблюдал в окно. Наблюдал, как птица приносила своим птенцам еду. Жертвуя своим голодом, она кормила своих детишек, выглядело это очень мило. Самой природой заложена в нас любовь. А ненависть? Она и есть противоположность любви, и, как мне кажется, животные тоже её могут испытать. Наверное.