Уркварт Ройхо

С одной стороны каторжники волнуются, и если не удовлетворить их настоятельную просьбу, может вспыхнуть бунт, который повлечет за собой его жесткое усмирение и, как следствие, потери в рабочих руках и не выполнение производственного плана. А с другой стороны сумасшедший Скир Пран пока не причинил никому вреда, с легкостью выполняет полуторную норму, и не виноват в том, что остальные заключенные боятся его и нервничают когда он рядом.

«Как поступить?» – сидя за столом в своей конторе и наблюдая за работами, подумал Кимпа.

И в этот момент к нему вошел начальник охраны, который доложил, что прибыл представившийся как Филис Омунд из школы «Трансформ» маг, и у него имеется бумага из канцелярии великого герцога Канима.

Кимпус поспешил встретить гостя. А маг, лысый мужчина с округлым лицом и тонкими губами, одетый в дорожную мантию коричневого цвета, сразу же предъявил ему документ, в котором было сказано, что он имеет право забрать для личных нужд любого кандальника из приговоренных к пожизненной каторге.

Приказ есть приказ, особенно, если он составлен по всем правилам и заверен печатью, и у начальника каменоломни подобная бумага удивления не вызвала. Случалось в его практике, что маги брали для проведения своих, наверняка, смертельно опасных опытов, приговоренных к пожизненному заключению людей. И данный случай был как раз из этого разряда.

Каторжники были построены перед конторой. Кимпус и Омунд вышли на свежий воздух, и заключенные, завидев мантию, тут же забеспокоились и зашумели, так как имели некоторое представление о том, зачем маги посещают тюрьмы и каторги.

Однако стражники не медлили, быстро навели порядок, и сопровождаемый начальником каменоломни и парой охранников, чародей двинулся вдоль закованных в цепи людей, которые смотрели на него как на своего злейшего врага.

Филис Омунд вглядывался в лица кандальников, и недовольно морщился, то ли от запаха давно немытых тел, то ли еще от чего. Но вот он подошел к стоящему с самого края Скиру Прану и, словно споткнувшись, замер на месте.

После чего он пристально всмотрелся в сумасшедшего, снял с шеи амулет, красный рубин на золотой цепочке, покрутил его перед Ржавым и пробормотал:

– О боги! Какая преданность, сила и ненависть! Великолепный образец!

– Вы что‑то сказали, господин маг? – наклонился к нему Кимпус.

– Да, – повернувшись к начальнику каменоломни, ответил Омунд и кивнул на Прана. – Я забираю этого человека.

– Он опасен, – предупредил мага Кимпус.

– Я знаю.