Орден Равновесия

Оно смеялось так искренне и весело, что жрец почувствовал, как и у него внутри поднимаются пузырьки радостного детского, совершенно безумного смеха. Смех твари заполнял мир, заставлял дрожать самые отдалённые уголки пространства. Он манил и ужасал.

Жрец опустился на колени и раскинул руки. Не в силах сдерживать смех, склонил голову и затрясся в приступе хохота.

Наконец. Наконец произойдёт то, чему он посвятил своё существование. Он умрет здесь и сейчас.

Исчезнет – и станет причиной исчезновения этого сгнившего, смердящего мира.

Как же это прекрасно.

Глава 2. Голоса в зеркалах

Если что-то и двигалось в славном портовом городе Эрионе неторопливо, так это голубые с золотом носилки наместника и серые с черным - мага Тимора. Высокий сухощавый маг, в отличие от многих своих коллег, предпочитал не свободные одежды из шелков и тонкой шерсти, а короткую куртку и узкие (некоторые считали, что неприлично узкие) штаны из прочной светло-голубой материи, что привозили из-за океана а также белые, тончайшего полотна, рубашки.

Маг любил действовать на нервы почтенной публике почтенную публику. Но носилками, как и все очень богатые горожане, пользовался с удовольствием. Узнать о том, что Тимор покинул свой дом, было легко. Специально выведенные в горных лабораториях мага рабы-муты двигались медленно, со змеиной грацией, а хрустальные колокольчики, проросшие в их глазницах, оповещали о появлении мага мелодичным звоном. Каждый раз горожан охватывал легкий озноб при виде этих существ.

Несмотря на то, что глаз у них не было, носильщики безошибочно поворачивали головы в сторону знакомых Тимора, если таковые встречались на улице, и приветственно улыбались им тихой нежной улыбкой. Знакомых у мага было много.

Злые языки поговаривали, что и у самого Тимора в глазницах колокольчики из черного небесного камня. Никто не слышал звона этих колокольчиков, но объясняли это тем, что перед выездом маг снимает у них язычки. Так это или нет, не знал никто, поскольку глаза его постоянно скрывались за непроницаемо-черными стеклами небольших очков.

Любой другой горожанин, веди он себя таким образом, уже давно вызвал бы самое пристальное внимание стражи наместника. Но не Тимор. Он был магом. И он был не совсем человеком. Точнее, человеком он уже очень давно не был.

Сегодня колокольчики носильщиков вызванивали мелодию тревоги и спешки. Рабы не кланялись горожанам, безглазые лица были угрюмы и сосредоточены.