Импровиз. Надежда менестреля

Или стражу напролёт слушать стихи поэта, от которых к горлу подступает тошнота. И он стерпит. По разным причинам. Иногда потому, что глупее и не в состоянии вести спор на заданном уровне. Иной раз потому, что умнее и способен вовремя отступить. Часто люди готовы уступать в спорах из уважения, из любви, из жалости... Но многие идут до победного конца, не считаясь с потерями.

Ирелла хотела, кровь из носу, доказать, что от несчастной любви можно умереть. Причём вначале от её несчастной любви должен был умереть Ланс. Но не получилось.

И тогда принцесс принесла в жертву себя. Умерла. Но оставила за собой последнее слово.

Зачем?

Стоит ли оно того?

Что выше — человеческая жизнь или человеческая правота?

Вот сейчас Ланс мог гордо отказаться от предложения прана Нор-Лисса и обречь себя на смерть где-то на острове. Но он не отказался. Струсил? Возможно. Но, скорее всего, это не то слово, не правильное. Он мало чего боялся в этом мире. Просто всегда взвешивал — стоит ли его жизнь того или иного поступка. Вот и сейчас сопоставил.

Да, вытащить Прозеро на острова будет нелегко, особенно если его уже успели отправить на каторгу, но почему бы не попытаться? Голова безумного алхимика в обмен на голову великого менестреля. Да и то сказать — ведь не собираются же Прозеро казнить? Ну, вытянут из него барккарские учёные все знания алхимии, новый опыт и неожиданные открытия, а потом отпустят. А если учесть, что Прозеро, в самом деле, слегка сбрендил на своей алхимии, может, он увлечётся, проникнется и останется на Браккаре навсегда?

Глава 1, ч.

2

Ланс поднялся и пошёл в свою комнату. Ну, осталось потерпеть совсем немного. К тому же, не многого от него добьётся пран Нор-Лисс. В тот день на «Лунном гонщике» менестрель действовал по наитию. Вряд ли он сможет повторить, а уж тем более научить кого-то из браккарских магов как управлять кораблём, будто виолой. Пусть тощий и дряхлый Нор-Лисс не рассчитывает на удачу...

В коридоре альт Грегор нос к носу столкнулся со Снарром. От неожиданности отшатнулись оба.

«Я-то думал, он обиделся и драит комнату, как не драил палубу под начало сурового боцмана, — промелькнула мысль. — А он бегает, как угорелый...»

— Пран Ланс! — воскликнул паренёк, засовывая руку за пазуху. — Для вас записка! Велено срочно передать!

— Кем велено? — нахмурился менестрель. Надоели ему эти интриги, тайны, недоговоренности!

— Я не знаю, пран Ланс!

— Как это ты не знаешь? Ты не видел, кто записку тебе даёт?

— Видел, — протянул Снарр, надувая губы.