Волчьи выселки

Двух-трех скворцов-кровопийц летун еще одолеет — но натравливать его против целой стаи значило бы на верную смерть посылать. Звери покорно втянули головы в плечи и уползли под мышки своим хозяевам.

— Каррр! Пиу, пиу! Уааа, уааа! — голосила мелкая нечисть, пролетая залу коронации насквозь. Люди зажмурились, опустили лица и закрыли их руками, чтоб обитатели Черной Чащи не выцарапали им глаза.

Раздался стук, словно каменный кувшин упал на выложенный плитами пол бани. Это скворцы-кровопийцы сшибли одного из стражников в латах, выдернули у него из подмышки нетопыря, оборвали зверю поводок и уволокли с собой, чтоб выпотрошить в отместку за убитых собратьев.

Охрана юного короля потеряла еще одну боевую единицу.

— О, нет! Гроб монарха Магнуса! — шут первым осмелился расклеить веки. Он увидел, как живая черная туча облепила закрытый гроб, выставленный для прощания на открытой террасе. Терраса выходила на ту сторону, что противоположна Чертовой Чаще и ближе к Луне.

Шут выхватил алебарду у стражника, который лишился нетопыря, и понесся защищать венценосные останки. Но не успел.

Под напором летучей мелочи гроб сдвинулся с постамента, переполз на ограждение террасы и навис над Бездной. Бездна раньше была глубоким рвом, наполненным водой. Пять лет назад она окончательно пересохла. Питавшая ее река, по меткому народному выражению, захлебнулась собственной рвотой — то есть забилась мусором настолько, что превратилась в болото, а затем обмелела.

Любой предмет, который упал бы сейчас на бугристое дно Бездны, расшибся бы на мелкие осколки.

Гроб накренился и ухнул в пропасть. Черная стая с визгами, стонами и свистами полетела прочь, заглушая звуки падения. Жиронощёкая Луна уставилась на замок и причмокнула губами. Такой лакомой добычи у нее давненько не было!

— В подвалы! Всем в подвалы! — заорал лорд Миракулус. — Баррикадируемся! Не пускаем никого снаружи!

Лекарь проворно переставил свои причиндалы с верхнего яруса сервировочного столика на нижний, а на верхний уложил короля Рони с перебинтованной культей.

Подлокотник трона вернулся на свое обычное место. Живая статуя, пока на нее никто не смотрел, по воздуху переместилась обратно в проем и приняла вид обшарпанного куска камня.

Хлоп-хлоп-хлоп! Фрейлины, что остались в сознании, давали звонкие пощечины своим отключившимся коллегам. Те, кряхтя, поднимались с плит и семенили в подвал.