Время Волков. Клятвопреступник

Вино было крепким, но Нед поел и уже протрезвел, и теперь он ясно понимал — Паук хотел повергнуть его в отчаяние, показать, что выбора у него нет, но это была лишь половина правды — у Серсеи выбора тоже не было. Если Нед умрет, Робб и Станнис объединятся, и сокрушат Ланнистеров, как Нед и Роберт когда-то разбили Таргариенов.

Когда пришла Серсея, прекрасная, словно солнце, с насмешливой улыбкой и торжеством в глазах, с двумя рыцарями по бокам, он встретил ее тем же ледяным взглядом, каким смотрел на ее брата. Она молчала, глядя на него, ждала вопросов, мольбы, или еще чего-то, но Нед не доставил ей этого удовольствия.

Едва она заговорила, он перебил ее.

— Я знаю, зачем вы пришли, не трудитесь. Я скажу те слова, которые вы хотите услышать, я остановлю Робба и отправлюсь на Стену, как вы и хотите. Я назову ваших бастардов Баратеонами, Баратеонов я назову изменниками, и буду подтверждать это всякий раз, как меня спросят, но не надейтесь, что я буду хоть как-то подчинятся вам до этого, или после. Я хочу поговорить с Сансой.

Я хочу увидеть, что она в порядке. Один синяк, одна царапина, одно ее слово — и вам придется убить меня, а потом иметь дело с последствиями. Ваш Паук уже сказал вам, что Джон, мой сын, пробрался сюда? Я говорил с ним, и даже под пытками вы не узнаете, что я ему сообщил, какие приказы отдал. Сейчас он уже далеко, и он ненавидит вас и вашего сына куда сильнее, чем я. Раньте Сансу, раньте меня, и на ваших детей начнется охота, которую даже я не смогу остановить. Если хотите мира — он будет, но не на ваших условиях.

Серсея ударила его, и, ослабевший, он почувствовал этот удар гораздо сильнее, однако встретившись с ним взглядом, она остановилась.

— Помогите ему встать, — бросила она городской страже, — покормите и отведите к Великой Септе. Там вы и увидите вашу дочь, Старк.

Нед старался идти сам, но почти все время золотым плащам приходилось его нести. Его руки стали тоньше, даже здоровая нога почти его не держала. Когда пришла пора, его переодели в один из нарядов, усадили в карету, чтобы не тащить через весь город, и вывели уже у септы.

Сперва Нед посмотрел на Сансу. Она казалось печальной, словно осень, но нашла для него горькую улыбку.

Он бросил холодный взгляд на Джоффри и не отводил глаз, пока бастард не потупился. Лишь потом он повернулся к толпе и заговорил, но в голосе его не было былой силы.

— Громче, — ткул его один из золотых плащей.

Он посмотрел на Яноса Слинта, и тот ответ глаза мгновенно.