История следопыта

Чем дальше они отдалялись от кормовой комнаты, тем запах распаренной каши становился менее заметным, уступая место сухому овсу и соломе. За крайним денником Джон повернул направо и прошёл через незапертую дверь в небольшое светлое помещение. Здесь имелся грубо отёсанный деревянный стол со стульями и парой лавочек. На стенах висели несколько подков и скрученный в круг плетёный кнут.

— Присаживайтесь, — предложил Джон и указал в сторону подпиравшей стену скамьи.

Сам он уселся на один из стульев. Единственной здоровой рукой он придерживал курительную трубку за чашу, а культю положил на стол.

Обрубок невольно притягивал к себе взгляд, и как ни старался Вуд не смотреть на него, всё равно раз за разом поддавался этому искушению. Рука заканчивалась в том месте, где должна была начинаться кисть. Кожа там была страшно сморщена, буро-фиолетовые шрамы вызывали чувство тошноты.

— Никогда не произносите это слово! Хотя бы в моём присутствии… — вдруг прохрипел Джон.

Вуд уловил лёгкое дрожание пальцев здоровой руки, когда Фишер очередной раз взял ими чашу и вынул мундштук трубки изо рта.

Белое облако табачного дыма медленно выплыло из его рта и не спеша воспарило к потолку. С каждым сантиметром его границы размывались всё сильней, пока, наконец, облако не достигло потолка, где окончательно рассеялось.

— Это слово проклято… уже как тридцать лет. Оно, и всё, что с ним связано.

Старик устремил взгляд куда-то вдаль, несмотря на то, что в двух метрах от него была стена.

— Проклято?! — вырвалось у Вуда.

Он чувствовал, что напал на след, который уже считал потерянным. — Что произошло в Хар... — следопыт вдруг осёкся, поймав на себе недовольный взгляд Джона. — В той деревне?

— Много лет назад я поклялся больше никогда не возвращаться к тому дню! Ни мыслями, ни словами. Я бы не хотел нарушать свою клятву.

— Убито несколько человек, — вдруг с металлом в голосе произнёс Вуд. — Я считаю, что причина убийств сокрыта в событиях, произошедших тридцать лет назад в Хард... — он снова осёкся под гневным взглядом начальника конюшни.

— У одного из трупов на лбу было выцарапано это слово. Я знаю, что вы были участником тех событий…

На целую минуту в комнате воцарилось молчание. Вуд услышал, как бешено застучало собственное сердце. Потерянная нить и возможная разгадка буквально витали в воздухе и зависели только от разговорчивости этого прокуренного старика.

— Хм, вот как... Ну ладно, следопыт, будь по-твоему. Великий Хрот — свидетель, я не хотел...