Шаг первый

Я не захотел проводить сложный ритуал изгнания только по одной причине. При изгнании сущности дар Хаул’дир не усиливается.

У каждого из нас после победы над сущностью есть два пути. Отделить и изгнать изгнать или поглотить его сущность. Первый вариант практически всегда гарантировал выживание носителя. Правда, если Хаул пробыл в человеке слишком долго, то от личности ничего не оставалось, а носитель превращался в безвольный овощ, без желаний, эмоций, целей и устремлений. Короче был похож на человека, перенесшего лоботомию.

Второй же вариант, заключающийся в поглощении сущности, практически всегда убивал носителя. Душа человека просто не переживала контакта с обжигающей и кипящей силой Хаул’дир. Поэтому каждый из нас, хоть раз, но сталкивался с выбором: сила или человечность.

Возвращаясь же к истории с наркоторговцами, можно смело заявлять, что мы невольно вскрыли давно зреющий на теле Ланкара нарыв.

Весь последующий месяц тайная канцелярия императора проводила зачистки среди жителей нижнего города и трущоб.

Ну а самой ужасной новостью, всколыхнувшей всю столицу, стало известие о причастности к наркоторговцам нескольких родов из верхнего города. Поговаривают, что одна из семей даже входила в десятку великих.

Для меня в этом не было ничего удивительного. У каждой подпольной организации, которая долгое время остается таковой, потом, совершенно внезапно, обнаруживаются могущественные покровители. Для высшего света Ланкара такое откровение оказалось явно в новинку.

Сплетни так и бурлили, а светская жизнь на время остановилась. Не было никаких приемов, светских раутов и прочих привычных всем аристократам атрибутов мирного времяпрепровождения. Так продолжалось вплоть до тех пор, пока император твердой рукой, а также с помощью введенных в столицу регулярных войск не навел порядок среди знати и черни.

Конечно, на этом история не закончилась. На основе информации, полученной в ходе допросов задержанных преступников, в разные части Ратры были отправлены отряды императорских войск.

Отряды стражников курсировали и прочесывали столицу, повсюду проходили задержания.

Даже сейчас, бредя через трущобы я то и дело встречал группы стражников, патрулирующих окрестности.

Чувствуя, что моя совесть получит еще один мощный удар, я долго откладывал поход к месту, на которое указывала тьма, что оставил мне Хаул.