Повесть утраченных лет. Часть первая.

Тёплый воздух ударил прямо в грудь, чем разжёг внутри небольшой огонь, постепенно меня согревающий. Практически все столики были заняты. Судя по пренебрежительным взглядам местных, странников тут не жалуют. Шишихадо нашел укромное место в углу, у запотевшего окна, куда свет здешних свечей почти не доставал. Нам принесли по кружке сварулумби, напитка на плодах, созданный в ныне несуществующем городе Сварапуре давным-давно. Напиток цвета грязи, поверхность которой покрыта тончайшей плёнкой – именно она заставляет, как говорится, «впасть в беспамятство».

Я согрелся и немного охмелел уже после первого глотка. Меня немного расслабило. Шишихадо пил медленно, наслаждаясь каждым глотком.

- Почему вы вообще вызвались мне помочь? – спросил я, развеяв так надоевшую мне тишину.

- Потому что я хороший человек, - улыбнулся Шишихадо. - Все хорошие люди помогают кому-либо.

- Вы же противоречите правилам, которые обязались соблюдать.

- Почему?

- Вы должны поддерживать мир во всём мире, а не помогать предателю своего народа в личных делах.

Тем более, из-за меня может начаться кровопролитная битва, в которой полягут многие.

- Ты же не предатель, Дорака, и сам прекрасно это знаешь, - произнёс Шишихадо, отхлебнув немного сварулумби. – К тому же, охота за твоей головой - несправедливость, преступление против человека. А я с этим как раз и борюсь, так что всё делаю правильно.

- Ты спасёшь меня, но, возможно, погубишь многих. Вы же из «того самого» отряда, вы же…

- Ага, - перебил Шишихадо, продолжая пить.

Его спокойное лицо уже начинало меня раздражать. У него точно есть план, только вот он не спешит им со мною делиться. Он знает, что он делает, старательно убеждал я сам себя, пока меня не прервал сам Шишихадо, заявив:

- Не пытайся прочитать меня, всё равно ничего не выйдет. Просто делай так, как я говорю, и тогда останешься жив, увидишься с сыном, посадишь на свой пряник очередную советницу, и все будут счастливы.

Я ничего не ответил, да и если бы захотел это сделать, то подходящих слов всё равно не смог бы найти.

Мы молча осушили свои кружки и покинули кабак. Ливень за окном уже прекратился, оставив после себя непроходимые болота.

- Всё-таки тихо здесь, мирно, - мечтательно вымолвил Шишихадо, расхаживая по вымощенной камнем улице.

- Где мы можем остановиться? – спросил я. Меня, по правде говоря, мало заботили размышления Шишихадо, ибо пульсирующие от боли конечности настаивали на отдыхе.