Дыхание власти (*10 иллюстраций)

Широкая, добродушная улыбка голубоглазого князя взяла за душу. Пышные усы блестели на солнце, подбородок был брит, кожа оскоблена ножом до синевы.

Скорпион радовался, рассматривая при жизни рослого, широкоплечего князя, разбившего иудейский Хазарский каганат. Страну работорговли, которая полтора столетия не давала покоя Южной Руси сразил он. Всем была ненавистна проклятая Хазария, собирая кровавую дань «белыми девицами» – дочерями, да мечами булатными, лучшими мечами того времени, что для каждого славянина был как сын.

Гений полководца из рода ясных соколов позволил молниеносно с малой дружиной в один девятьсот шестьдесят пятый год от Рождества Христова разбить орды самого лютого врага на его же территории. Причем в степях, где славянам было биться не с руки. Не привычно. Святослав ударил в самое сердце, разбив у столицы Итиль тридцатитысячное наёмное войско.

«Вот кому надо памятники по всей Руси ставить – Святославу Хороброму», – прикинул Сергий.

– Отец!

Скорпион обернулся вместе со Святославом.

К вершине холма спешил паренёк лет двенадцати с длинным, русым чубом и такими же голубыми глазами, как у отца. Точная копия князя.

Молодой княжич.

«Стоп!».

Скорпион судорожно перебрал в памяти даты, приметы известных сыновей Святослава. Княжич не был похож на Ярополка, тот в это время молод. Должен остаться в Киеве. И не Олег, тот чернявый, ещё моложе. Правит во Вручье (ныне Овруч), столице древлянской вместо сожженного Ольгой Искоростеня. Даже не Свенг, «боевой сын», который ходил с отцом на Хазарию, да остался править теми землями под Тмутараканью, забытый историей.

Летописцы нарочно предадут его имя забвенью, словно и не было. По всей истории о нём напомнят лишь византийцы, обронив, что сын Святослава Свенг сильно помог подавить мятеж в тысяча пятнадцатом году в крымских владениях Византии, взяв в плен мятежного князька – крещеного хазарина Георгия Чулу.

А этот паренёк ни в коем случае не был похож и на Владимира. Тот сослан князем в Новгород, упрямым боярам на потеху.

Ему лет ещё меньше – младшой. Святослав проклинал день, когда, испив ромейского вина, поддался соблазнам Малуши. Добран или Добрыня на народный лад, подобрал точное время, чтобы подложить хмельному князю ключницу на ложе. Не забыл воевода и испросить новгородских послов взять младого Владимира себе на княжение, под своё воспитание.

Дабран исправно отработал долг рабовладельческим кланам Хазар, человеконенавистникам со своими понятиями и верованиями.