Норвуд

— Разве такие как ты разговаривают? — негромко спросила девушка, но через мгновение сорвалась на крик, эхом разнёсшийся по помещению: — Вы только убиваете нас, как зверей!

От этого вопля сердце пропустило удар — Френсис Фонтен явно была не в себе.

— Да, — спокойно согласился господин Глен, которого было не пронять такой ерундой. — Потому что вы и есть звери — дикие, опасные и безжалостные.

Не уверен, что вести беседу в таком ключе — удачная идея.

Но, похоже, интерфектор знал, как правильно разговаривать с порождениями тьмы — вместо того, чтобы приказать мёртвым детям атаковать нас, Опалённая визгливо рассмеялась.

— А ты прав, старик! — глаза её расширились. — Но зачем тогда вести беседы со мной?

— Затем, что сейчас есть звери покрупнее, — господин Глен сдвинулся немного вперёд и пусть совсем чуть-чуть, но стал ближе к девушке. — И ты поможешь мне с ними справиться.

.. Или хотя бы узнать, что им нужно.

— Ха, — усмехнулась Френсис, — это я могу рассказать и так... Им нужны трупы, старик! Много трупов! Много детских трупов. Много маленьких детских трупов...

Она продолжала бормотать ещё какое-то время, а уже в следующий миг вдруг резко отскочила в сторону — к самой стене. Огонёк свечи качнулся — почти потух — но выстоял, а девушка зачем-то поместила над ним свою ладонь, да так, чтобы пламя жалило сильнее всего.

Возможно, это был самообман, но мне показалось, что сразу запахло горелой плотью.

Ещё мгновение и интерфектор бросится на Опалённую — это ощущалось так явно, что я будто уже видел его рывок. Но если начнётся бой, то конец у него может быть только один — чья-то смерть.

— Не надо, Френни! — я не знал, зачем она это делала, но чувствовал — ничего хорошего ждать не следует.

Удивительно, но девушка сразу убрала руку от свечи и спросила:

— Откуда ты знаешь моё имя?

— Его нам сказал твой дед — мастер-писарь Фонтен, — вместо меня ответил господин Глен.

Он слегка расслабился и больше не казался готовым к прыжку. Интерфектор быстро посмотрел на меня, и во взгляде читалась благодарность и облегчение. Похоже, рука над огнём — это и правда очень плохо.