Наш сосед - викинг

Дядя Муха стоял, затаившийсь, и внимательно смотрел в глазок.

Видимо, за дверью могли быть враги.

Наконец, молчание было прервано.

— Я же сказал, я не продаю!— рявкнул дядя Муха в закрытую дверь.

— Да просто поговорить надо.— басовито послышалось с той стороны,— И я Высоцкого переписать у вас хотел.

— Ладно,— замок щёлкнул и послышался топот второй пары ног.

— Я заплачу,— сказал тот же басовитый голос.

Дверь закрылась, повернулся ключ в замке.

— Ботинки только сними,— произнёс дядя Муха, возвращаясь в комнату.

Следом за ним вошёл лобастый бугай в лоснящейся кожаной куртке. Его коротко постриженные волосы были впридачу меблированы чёрно-жёлтыми полосками — не иначе, спьяну.

Мелированный с презрением обвёл взглядом всех, кто был в комнате, а потом прямо посмотрел на дядю Муху. Взгляд был настолько свиреп, что, казалось, мог проткнуть человека насквозь, как копьём.

— Так что ты решил насчёт продажи?— спросил мелированный.

Лицо дяди Мухи сделалось таким мрачным, что показалось — он разом постарел на десяток лет.

— Послушай, Овчарук, не берись за своё,— не выдержал он,— Ты видишь — у меня гости?

— Срал я на твоих гостей,— ответил мелированный. Потом сунул руку в карман куртки и достал ствол.

23. Снова в чёрном

Стеблин-Каменский в очередной раз пожалел, что не носит с собой оружия.

А ещё подумала что драки со скинхедами в парке — это такая ерунда и настолько затянувшееся детство.

Настоящая смерть приходит вот так — тихо и незаметно.

Их было трое в одной комнате — а четвёртый стоял у дверей.

У этого четвёртого был нож. И этот ствол означал смерть для каждого в этой комнате. Даже если они набросятся толпой — всё равно смерть.

И нож тут не поможет. Это только тренера по ножевому бою говорят, что нож спасёт. Против ножа не спасёт. Против ствола тем более не спасёт. Разве что против голых рук спасёт – так что ты сперва спасёшься, а потом сядешь…

И даже ствол ему бы не помог. Ветеринар трезво оцениваю свои силы и понимал, что просто не успел бы выхватить его достаточно быстро.

Он же не ковбой. Был бы ковбоем — разбирался бы в кантри, а не в металле…

— А у тебя… разрешение на него есть?— осведомился дядя Муха. Его голос ощутимо дрожал и звучал теперь совсем неубедительно.

— У меня есть ствол.— отозвался мелированный,— А у тебя — нет. Поэтому я могу не спрашивать твоего сраного разрешения.

Стеблин-Каменский продолжал размышлять.

Нужно какое-то длинное оружие. Вроде копья или хлыста, как у Индианы Джонса.