Смех победителя

      Теарх начертал на ней знак Куба и повернулся, чтобы объявить церемонию оконченной, когда неожиданно заговорил Ангир.

- Стойте, - сказал он, шагнув вперед. - Справедливость должна восторжествовать. Тот, кто лишил отца жизни, должен умереть вслед за ним, но умереть без Замыкания, не так, как подобает людям, чтобы после смерти отправиться не к престолу Владыки-Порядка, а в алчные объятия Хаоса... 

      Молодой князь махнул рукой и двое дружинников подвели к нему невысокого человека в темном одеянии.

Когда с головы его сняли мешок, взглядам собравшихся предстала Ойна ре Сардон.

      Глаза ее занимали, казалось, половину лица, губы дрожали.

- Пощадите! - крикнула она, и только дружинники удержали ее от того, чтобы упасть на колени.

- Нет пощады убийце! - решительно проговорил Ангир, зашелестел вынимаемый из ножен меч, глаза женщины остановились на его тускло блеснувшем лезвии. - Выбирай. Либо смерть от моей руки, либо... 

      И он кивнул в сторону края скалы.

За ним зиял обрыв в пару десятков размахов, а внизу клокотало море. Из пенящихся волн торчали черные скалы, похожие на клыки.

- Я... - Ойна вздрогнула, на лице ее мелькнула отчаянная злоба, как у загнанной в угол кошки. - Я сама!

- Отпустите ее, - велел Ангир.

      Дружинники отступили в стороны.

      Ойна глубоко вздохнула, ее взгляд, полный ненависти, отыскал в толпе Хорста.

- Будьте все прокляты! - крикнула женщина и одним прыжком перемахнула через край обрыва.

      Снизу донесся грохот очередной волны и скала от ее удара ощутимо вздрогнула.

      И тут же Хорст почувствовал, как дернулось нечто внутри, болью вспыхнул низ грудины. Ощущение было такое, точно из тела выдирают кусок плоти. Перед глазами возник образ рассыпающейся в прах золотой фигуры, изображающей женщину в длинном платье.

- Что с тобой? - тихо поинтересовалась Илна. - Весь побелел... 

- Ничего, - хрипло ответил он.

- Ничего... 

      Пакостное ощущение не отпускало еще долго, а боль утихла лишь к тому моменту, когда траурная процессия вернулась в город.

      Ангир, вопреки бродящим по городу слухам о том, что молодой князь беспробудно пьет, выглядел свежим. Только красные глаза выдавали, что сын убитого правителя не спит по ночам.

- Проходи, маг, садись, - сказал он, усаживаясь в одно из двух стоящих перед камином кресел.