Замок на границе миров

Шеффре заставил вассалов Гонти присягнуть себе на верность, как новому правителю, но большинство из них в тайне надеялись вернуть правление прежней династии, и обеспечили проезд для выживших наследников через свои земли в вольные города. Маленьких герцога и герцогиню принял город Незия.

Там они поселились в лачуге на городской окраине у родственницы одной из своих бывших служанок и жили в относительной безопасности, так как Незия находилась в открытой вражде с герцогами Кармлелайда, и люди Шеффре не могли проникнуть на ее территорию, чтобы убить или выкрасть детей.

Правители других земель не проявляли интереса к последним из Гонти, потерявшим свои земли, либо потому, что считали их бесполезными для своих интриг, либо из-за страха перед гневом могущественного Шеффре. Брат и сестра остались без поддержки и прозябали в нищете. Раз или два в год к ним наведывались бывшие слуги, привозившие с собой то пару куриц, то мешок яблок, то еще какую-нибудь снедь, но этого было мало для выживания в большом городе. Мессанда, успевшая получить неплохое домашнее образование, стала использовать свои знания для заработка: она обучала детей горожан грамоте и языкам, бралась переписывать документы у писцов на рынке и подрабатывала музыкантшей на праздниках в богатых домах. В отличие от сестры, изо всех сил старавшейся сохранить хотя бы видимость приличного существования, герцог Голденбрук, очутившись в трущобах Незии, рос настоящим беспризорником. Он научился зарабатывать на собачьих и петушиных бегах, участвовал в набегах малолетних воришек на торговые лотки и попрошайничал, вовсю используя свою миловидную внешность, имевшую неотразимое воздействие на чувствительных горожанок, у которых он беззастенчиво вытягивал монеты под выдуманные истории о разных бедах, которые ему, якобы, довелось пережить, но никогда не использовал для этой цели свою реальную горестную историю.

Несмотря на то, что Орландо оказался на дне жизни в слишком юном возрасте, ему удалось сохранить какие-то представления о рыцарстве.

Он придерживался принципов своеобразного благородства и обворовывал только тех, кого считал притеснителями бедняков, щедро раздавая излишки краденого тем, кто нуждался больше, чем они с сестрой. Он получил славу самого ловкого и в то же время самого честного из воришек и был известен среди шаек городских оборванцев под эффектным прозвищем «герцог-вор».