Кровь достойных: Бастион Восточный

Решив, что это знак свыше, не иначе, Верус с трудом натянул удила, поворачивая коня.

Остановившись у покосившихся столбиков, он практически сполз на землю. Крепко привязав скакуна и сняв походный мешок, Верус вернул в ножны меч и кинжал. Убедившись, что ничего не забыл, он похлопал коня по шее и направился ко входу в корчму.

Навстречу вышел полноватый мужик лет под тридцать пять. Его обрюзгший подбородок весело болтался из стороны в сторону при каждом шаге, а комок грязных чёрных волос был подвязан шнурком на затылке.

– Здоровья тебе, путник. Перекусить иль в ночь? – добавил он, бросив недвусмысленный взгляд на темнеющее закатное небо.

– И тебе здравия, хозяин, – поднял руку охотник. – Верно угадал, отдохнуть до утра хочу. Подсобишь?

– А то! Проходи, располагайся. Сейчас печь разожгу и подойду. Пить что-нибудь будешь?

– Пиво есть? – бросил Верус, толкнув дверь и войдя в просторную комнату первым.

Убывающий свет из окон освещал четыре крепких стола и стулья вокруг них. На деревянных опорах, поддерживающих крышу, висела пара масляных ламп. Те отбрасывали на пол резкие трепыхающиеся тени, легко перебивая тускнеющий свет закатного солнца. Впереди, прямо напротив входа, расположилась широкая стойка, заваленная посудой и какими-то бадьями, явно в спешке оставленными не на своём месте. Людей видно не было, однако сильно пахло едой и потом, а значит, Верус просто разминулся с очередными путниками.

– Пиво всегда есть, – напомнил о себе толстяк, вошедший следом. – Сейчас принесу, ты садись-садись.

Убедившись, что гость не планирует сбегать, корчмарь вернулся за стойку и начал чем-то там шуршать. Послышался знакомый звук откупориваемого бочонка, и вскоре на столе перед уставшим охотником появилась кружка прохладного пива с лёгкой пенкой наверху. Кивнув хозяину, Верус взялся за ручку, сдул пену и, сделав огромный глоток, опустошил кружку на добрую половину.

– Как же хорошо…

– Что, понравилось? – послышалось из-за стойки. Повернув туда голову, охотник увидел улыбающегося корчмаря, тот уже успел куда-то деть бадьи и теперь возился с очагом в печи.

– После двух дней скачки самое то, дружище! Можешь сразу готовить вторую. И что там у тебя из горячего? А то весь день кишки от голода ноют.