Истории приграничья

Именно через него внутрь залетали нетопыри.

В противоположной части комнаты находился небрежно сложенный закопчённый очаг. На полу возле него в беспорядке валялось несколько поленьев.

Как и в сенях, в комнате немало потрудились пауки. Добавили грязи и летучие мыши, чьи погадки покрывали все горизонтальные поверхности.

Последнее, дальнее от входа помещение мало отличалось от сеней. Убедившись, что в нём никто не скрывается, Ук-Мак вернулся в комнату со столом.

— Не постоялый двор, но лучше, чем сон под открытым небом, — бодро сказал он спутникам.

Им-Трайнис, в задумчивости застывший возле печи, рассеянно кивнул. Затем вновь чуть склонил голову, будто прислушиваясь к чему-то едва уловимому.

— Что такое, Бел? Чуешь чего?

В этот раз рыцарь Арп-Хигу встрепенулся, моргнул, точно после сна. С едва заметным удивлением взглянул на друга. Улыбнулся чуть отстранённо, словно мысленно ещё где-то блуждал:

— Прости. Похоже, умаялся я…

Дерел глянул с сомнением: он дружил с Им-Трайнисом ещё до приезда в приграничье, и не знал воина сильнее и выносливее.

— Ложись, коли так. Отдохни. Я всё равно первым собирался караулить.

Пока рыцари осматривали дом и беседовали, Сиоайл очистил стол, лавку и табурет. Расстелив тряпицу, выложил полголовы твёрдого сыра, хлеб и пригоршню чищеных орехов.

— Угощайтесь, господа, — он приглашающе указал на еду.

Им-Трайнис подвинул стол ближе к лавке и уселся.

Пограничник направился в сени, где лежали сёдла и прочая амуниция:

— Погодите, у меня тоже кое-что есть.

Проверив тяжёлый засов на двери, вынул из седельной сумы продолговатый свёрток и флягу. Вернувшись в большую комнату, опустил на стол.

— Что это? — поинтересовался менсаконец, увидев тёмный прямоугольный брусок, извлечённый Дерелом из промасленной ткани.

— Вифда, — Ук-Мак вынул нож и отрезал несколько тонких ломтиков. — Перетёртое сушёное мясо, толчёные ягоды, овсяная мука и жир. Ни один ратник без этого, да без сухарей в дорогу не пустится.

— Не ел сей гадости с тех пор, как перешёл на службу к его сиятельству, — Им-Трайнис ухватил кусок вифды.

— Возвращайся в королевское войско и будешь лакомиться хоть каждый день!

— Увы, мой друг, это невозможно, — хохотнул Бел. — Я слишком привык к графским пирам…

Когда настало время спать, рыцари предложили менсаконцу лечь на лавке.

— Благодарю, господа, вы очень любезны. Но мне хватит местечка в уголке.

Бросив на пол попону, Сиоайл уселся, скрестив ноги.