Apocalepticon

В этом месте так подозрительно тихо, что выбора просто не остается. Слушай.

Незнакомец остановился и, если судить по звукам, облокотился на стену около прохода.

- Да, ты сейчас можешь напасть на меня и попытаться растерзать, используя клыки, когти, выдвигающиеся шипы, сверхскоростной выпад и тому подобные защитные механизмы. Но! Я не обнаружил в твоем месте для отдыха остатков помета, а также тебе не хватило ума найти более благоприятное место для жизни. Все эти факты означают, что ты до некоторой степени разумен.

А если еще и присовокупить то, что ты до сих пор не попытался разорвать мое, мм, костлявое тело, даже если учитывать, что твои предполагаемые габариты, исходя из размеров твоей добычи, достаточно значительны… Думаю, это говорит либо о твоей трусливой натуре, либо о понимании моих слов. 

Он сделал небольшую паузу, дающую мне время для размышлений. 

- На счет три я войду в эту пещеру, и если ты поведешь себя, как разумное существо, буду относиться к тебе также.

 

- Раз…

Он знает о размерах моей добычи. Значит ли это, что он наблюдал за мной все это время? Или же следовал за мной к моему убежищу после сегодняшней охоты? 

- Два…

Да нет, бред какой-то. Он сказал, что не видел моего лица, а еще упомянул, что только предполагает мои габариты. Значит ли это, что меня выдало что-то другое? 

- Три!

Он сделал это. Он шагнул вперед, невзирая на опасность быть убитым. Я даже позавидовал его спокойствию в тот момент. У меня оставались считанные секунды, чтобы решиться.

Решиться к чему?

 С одной стороны, он явно не обычный местный, и в его речи есть несколько странных, неуместных оборотов речи, намекающих на что-то…

Но с другой, наиболее привлекательной стороны, за ним идут удобства цивилизации. Все то, к чему мне необходимо приобщиться, прежде, чем я стану воспринимать ползающих по моей постели жучков и каракатиц, как приемлемое зло.

Так что, когда его нога, облаченная в потрепанный, но все же выделанный из кожи, ботинок, преодолела пространство проема входа, я, отступив назад, чтобы не казалось, будто бы в следующий момент нанесу удар, опустил руки вниз и покорно отдался веянью судьбы.

В конце концов, я же глас Бога, так что, думаю, в некоторой степени мое будущее должно сложиться удачно. 

Когда первый, судьбоносный шаг, был закончен, за ним последовал второй, тоже важный, но уже не наполненный таким же значением. И вот, он предстал передо мной.