Варленд

Зубами укусить мешок не получалось. Лишь извозил губы в грязи. А сколько времени ушло бы на то, чтобы расцарапать хотя бы маленькую дырочку в мешке? И всё без толку. Крепкий.

Тут на ум пришла простая идея – огонь!

«Гоблин меня забери, я же опалил бороду Рэджи! Как раньше не догадался?» – корил себя пленник.

Почти теряя терпение и сознание от застоя крови, полуживой, с зудящими губами и растерзанными в кровь пальцами под ногтями, он проложил путь правой рукой к стенке мешка сквозь проклятые овощи.

Глотая слёзы, Андрен сосредоточился. Представил пылающий огонь.

«Пламя!»

С ладошки должна была сорваться молния, фаербол и драконье пламя разом, но вместо пылающей стихии снова посыпались лишь искры. Совсем редкие, жалкие. Всего три штуки. Но и им был рад как никогда.

Одинокие огоньки подхватили пыль, поползли по краю мешка, ударив в нос едким дымом. Андрен закашлялся, тут же притушил занявшееся пламя, задул, но рука оказалась на свободе! Стал рвать мешок, не чувствуя пальцев. За рукой освободилась голова, и дело освобождения пошло бодрее.

Через две минуты пацан выбрался из мешка на гору добычи, наваленную грабителями. Тяжело задышал, отчищая лёгкие от пыли, хрипел. Хотелось кашлять, но лишь сипел в кулак приглушенно.

Кровь устремилась к освобождённым конечностям, чуть не взвыл. Прикусил палец, чтобы не закричать. Хрипя, как рудокоп, вновь и вновь вдыхал чистый воздух, не в силах надышаться.

Когда мальчик окончательно пришёл в себя и принялся рассматривать окружающий мир, то первое, что увидел, было звёздное небо сквозь листву огромного дерева.

Ветер доносил запахи жареного. Вся гогочущая шайка сидела у костра и жарила мясо. В животе тревожно заурчало. Поел бы и конины с голодухи. Аппетит пленника мешка разыгрался на зависть всем оркам. Не тревожил и запах от штанов.

Но… подросток не видел, какого рода мясо. Слабое человеческое обоняние не способно определить запретное. Орки жарили на нескольких кострах головы лошадей и толстые ноги торговца.

Боги, создавая людей, поскупились на обоняние, как у животных или чувственных эльфов.

Обессиленный мальчуган лежал на мешках, глотая слёзы и чувствуя себя ещё хуже, чем после унизительных боёв с Рэджи. Было жалко себя и Чини. Подруга не заслужила такой участи. Ей бы магом воды! Да где теперь та Чини?

Как только рука и нога начали нормально слушаться, Андрен аккуратно сполз с мешков. Взгляд зацепился за висящую вверх ногами подругу.