Демон в университете магии

— Эх и рука у той воровки сильная. А какая грудь… Признаться, я даже гневаться на неё не могу.

— Да, любовь бьёт прямо в голову и отключает мозги. Григорий, кажется, ты из тех парней, кто говорит люблю первой же девушке, прыгнувшей в их койку. Ладно, это всё лирика. Рассказывай, где магазины.

Ветров кивнул и стал тщательно описывать дорогу, а я внимательно слушал, попутно думая о демонице.

Глава 10

Прежде чем мы с Григорием разбежались в разные стороны, мне пришлось позаимствовать его пиджак. А свой я снял и отправил в канализацию.

Пиджак Гришки оказался мне великоват, но он прекрасно скрыл изорванную часть моей рубашки. Правда, мне пришлось закрыть лацканами грудь.

А уже после этого я торопливо пошёл в сторону магазина. И попутно в моей голове стали носиться мысли, посвящённые демонице.

Кажется, она далеко не самый сильный, знающий и умный представитель своего племени. Тайных рун она не знает, живёт в какой-то дыре и позволила мне несколько раз атаковать её. Мне — шестнадцатилетнему подростку с только-только обретённым источником.

Нет, она точно далека от звания самый мощный демон Дикого Запада.

Но, самое главное, что теперь демоница будет делать? Надеюсь, ей хватит ума умолчать о нашем знакомстве. Она же может встретиться со мной и тихо-мирно попросить снять с неё «заклятие». Ведь если она действительно мелкая сошка, то ей совсем невыгодно сдавать меня. Ну, скажет она какому-то архидемону, что видела меня. А что дальше? Меня грохнут. И, соответственно, умрёт она.

Ну, по её мнению. Вряд ли кому-то будет дело до её ничтожной жизни.

Ад — есть Ад. Там предают всех и вся. Даже я это знаю, ну, по слухам, гуляющим в нашем мире, оказавшемся всего лишь одним из вариантов Земли. Вот ведь! А уж демоница знает об этом в десятки раз лучше меня. Однако всё может пойти и по какому-то другому пути.

Я от этих мыслей изрядно помрачнел. А потом помрачнел ещё больше, когда вспомнил слова демоницы. Кажись, мне «повезло» призвать демона, раз он после смерти вернётся в Ад.

Притом демона довольно известного, что-то укравшего и кого-то предавшего. Однако он изранен и, вероятно, «спит». А может и помер. Демоница же могла видеть во мне не самого демона, а какие-то отголоски его силы, оставшиеся после смерти? И вот этот вариант был бы наилучшим. А то мне совсем не хочется становиться одержимым, если демон всё-таки жив и постепенно восстанавливается. Он ведь способен забрать моё тело.

Мороз продрал по коже от такой мысли.