Запределье

Подхожу нечасто – на што оно мне? Да и страшно. Сколько ж оно кричит и кричит, и опристаться не собирается. Верно говорю тебе, это Тапио, старый лесной дух, тоснеет осенесь, а как зима придёт – так и думать не хочется, чего он удумает.

Оди не понял примерно четверти слов из сказанных старухой. Видимо, именно поэтому он очень живо представил себе несчастную деревеньку Кыссайлу взятой в кольцо духами стихий халтьями, одичавшими без хозяев домовыми да бешеными лесными хийси.

В комнате откуда-то вдруг образовалась белая кошка и степенно прошествовала мимо Оди к миске, которая стояла под кушеткой.

– Домовой? – недоверчиво спросил ведьм.

Старуха поджала губы:

– Обычная кошка. Чего тут домовому-то…

Оди уже и сам осознал глупость своего вопроса: кой бес бы домовой стал толочься в мёртвом доме? Это кошке всё равно, она тварь двумирная.

– Ну раз у вас кошка есть… – Он окончательно перестал понимать старуху. – Так сами-то почему не сходили узнать, что там взвизгивает? Увидеть ничего не увидели бы, вы ж не ведьмачка, но расслушать…

– Я на Той Край не хожу никогда, – брюзгливо ответила старуха и вызывающе выпятила челюсть.

– Меня там в голодный год медведь задрал, боюсь я топерь Того Края, понятно?

– Непонятно, – упёрся Оди. – Вы сколько тут одна живёте, лет десять, двадцать?

– Не твоего разума дело, – обстоятельно и с расстановкой, чуть повысив голос, ответила старуха. – Хоть и все пятьдесять. Нечего мне искать на Том Краю, и всё. Ты приехал, ты ведьм – иди да ведай…

– Вы разве в Кагале не состоите? – настаивал Оди.

– К вам не присылали медикума, экстрасенса, ну хоть кого-то? Можно же изъять посмертное запечатление…

Старуха бросила на стол полотенце.

– Ездили всякие, и прежде ездили, и се-году. Потом на меня понасерке такого трепали, и повторять не хочу. Порозное это дело, нет у меня надобности на Той Край ходить, того и не получается распечатлиться, тьфу! Да тебе какая печаль, ты ведьм, ты иди да ведай, чего там взвизгивает!

Оди давно уже расхотелось идти ведать, и он истово жалел, что вляпался в этот заказ.

И чего старухе так упорно на месте сидится, а?

– А вы не желаете перебраться поближе к городу на зиму? – сделал он последнюю зряшную попытку отвертеться. – Глядишь, за зиму оно навоется и уйдёт в свои леса…

– Не желаю, – огрызнулась старуха, села за стол, подвинула плошку с ягодами и вдруг нормальным, спокойным тоном ответила: – Я внуков жду. Топерь уже скоро приедут, небось.

Внуков, ну да.