Ласточкин хвост

Интересно, в честь чего собрание? Он не жалел, что бросил службу в Отделе, предпочтя уединённые поиски, но часть разума полагала «покой» самообманом. Чего он добился в последние годы, когда мог бы принести пользу здесь?..

На счету у них — каждый час. Или минута. Что такое время, если не цепочка вероятностей, которая то скручивается в тугой узел, то стремительно распрямляется, подобно пружине часового механизма? В такие моменты необходимо действовать. Вот только знакомство Гёделе со Свинцовыми Братьями не добавляло ясности.

Они знали про Всплеск — присутствовали во время него. Лишняя переменная, опасная и непредсказуемая. С ней стоило разобраться раньше.

Это — его ошибка.

...Штрихи и чёрточки ложились неровными, поспешными линиями. Вот двор, в котором они с Лейсбет нашли рубец Прорехи; чуть дальше — шпиль Собора и пересечение улиц... Главный перекрёсток города. Его сердце. Узел. А что, если заглянуть ещё глубже?..

На минуту Рейнарт закрыл глаза, чего не делал уже очень долго, концентрируясь на частицах шрафта.

Опустившись на крайний стул, он полностью отрезал от себя от пространства: фоновый шум смолк, осталась только чернота и тонкие струны, потянув за которые можно было добиться резонанса.

Одно лёгкое прикосновение воли, и сплетение «нитей» отозвалось вдалеке. Слабым отзвуком — или ощущением, — как эхо в замкнутых подземных коридорах...

Вот оно! Конечно!

Лучи-меридианы уходили вниз, под землю, и если его мгновенная догадка верна...

— ...они бы объявились!

— Эй. Ник. Не вздумай, понял меня? Пусть их всех — полицаев и ОМБ-шников вместе взятых! — но от Рине отказываться не смей.

— Как она от меня?..

Рейнарт «вынырнул» из тьмы, открывая глаза. Звуки внешнего мира настигли разом: голоса, телефонная трель и стук печатной машинки...

— Она любила тебя.

— Выключай, салага. Не надо вот этого...

— Чего?

— Пытаешься искать в людях хорошее.

— Это ведь не просто «люди»... — донеслось чуть тише. — Это Рине. Она вернётся.

Быть может, совпадение. Сколько людей исчезает на улицах большого города? Сколько из подобных дел приводят в никуда, и папки с номерами пылятся в ящиках архива.

.. Если бы Рейнарт не видел собственными глазами тело Каролины Вебер, он бы не счёл услышанное важным.

Гёделе отличалась от других девушек. Она была младше. Она была одарённой.

— Да уж. Бред одержимого звучал как песня надежды... — Усталый смешок. — Про ведьму какую-то... Принцессу...

— Они не люди. Забудь.

— Да к чёрту. Закурить бы... Пойду выйду.