Ласточкин хвост

Короткими перебежками, прячась за стволами, достигают кромки леса.

Теперь нужно успеть.

Между маленьким отрядом и рельсами — сотня ярдов открытого пространства. Стоит сделать первый шаг, и они как на ладони. Неважно, сколько имперцев сидит по ту сторону оврага — пуль хватит на всех, кто замешкается.

Никлас чувствует, как страх липким ужом скользит между лопатками. Жёсткий ремень натирает плечо, и налипшая на подошвы грязь кажется неподъёмным грузом. А что, если не добежит? Как там отец с покалеченной ногой? Как мать с кричащей на руках малявкой? Глупо как-то выйдет.

Бронированный состав замедляет ход, и Ротшайн первым ступает на выжженную землю. Пора.

Никлас вслед за остальными срывается с места. Дождь с силой хлещет по лицу, и мир вокруг размывается, превращаясь в одну большую кляксу. Только тёмное пятно мелькает впереди — спина Седого Каса. Маяк среди пучины страха. Стальной бок чудища заслоняет небо, и за грохотом колёс он забывает о свистящих пулях.

Заветная платформа проплывает мимо. Чьи-то жёсткие пальцы хватают Никласа за руку. Всё тело взрывается болью, прежде чем он оказывается наверху, перекатываясь на бок и через силу отплёвываясь. Неужто получилось?

Скользя, он с трудом встаёт на четвереньки. Поворачивает голову.

— Кас! — Слабый крик тонет в визге паровозного гудка. Никлас бросается вперёд, понимая, что не успеет.

Первая пуля входит в плечо, прежде чем он сбивает Каса с ног. Вторая — тонет в чернильной мгле, что растекается перед глазами, сужая мир до крохотной точки.

Но страха больше нет — это главное.

IV

По словам врачей, он пробыл в отключке недолго. Ничего серьёзного не случилось — вспухла шишка над левой скулой и клонило в сон после полученной дозы обезболивающего. Обошлось без сотрясения, раз никто не настаивал на госпитализации, и эта новость стала лучшей за день.

Никлас сидел на кушетке, придерживая у виска холодный компресс. В процедурной комнате висел резкий запах спирта и стерильных бинтов.

— Не забудьте прийти на перевязку. — Молоденькая медсестра улыбнулась Тейну. Тот смущённо натянул рубашку и спрятал направление в карман.

Никлас усмехнулся. Ещё бы, о раненом герое судачил весь госпиталь. Это его нашли у реанимации с торчавшим из плеча скальпелем, когда подоспели агенты ОМБ. Отряд противодействия — так они себя называли.

Всё веселье Никлас пропустил, провалявшись без сознания аки кисейная мазель. В кои-то веки это не расстраивало.