Вопреки судьбе

пожалуйста, пусть это хотя бы б… будет не зря…

И, плотнее обхватив руками вздрагивающие плечи, скорчился, в невольной попытке сберечь жалкие остатки тепла.

Но чем это могло помочь, если холод шёл снизу?! Если до колен его уже не было – был только холод, мучительный, невыносимый, плавящий кости холод?

Азирафаэль сжал зубы, стараясь прекратить дробный унизительный стук. Ничего. Это просто нужно вытерпеть. На самом деле, наверное, всё не так плохо. У него были лишние пара часов жизни. У него был тот чудесный, один стоящий целого столетия миг тепла и покоя, когда он понял, что Кроули – гораздо больше ангел, чем любой из его сородичей.

У него была… нет, у него есть – есть и будет всегда, до самого конца – память о том, что его не бросили. Кроули спустился за ним сюда, пришёл, чтобы спасти. Уже это одно будет согревать, поможет держаться в самом конце, когда, понимал он, будет тяжелее всего бороться с подступающей пустотой.

Умершая надежда – это больно, теперь он это знал. Но не родившаяся надежда, чувствовал он – гораздо больнее.

И это утешало.

Почти.

Спустя несколько минут Азирафаэль с новым, бессильным уколом ледяного озноба понял, что терпеть будет труднее, чем он думал. Намного. Холод и скованные ноги – это, как оказалось, ещё было не самое страшное. Нет, не самое. Гораздо хуже было то, что он вновь всё отчётливее ощущал давящее дыхание Ада в своём сознании. Тихий, навязчивый шепоток, ненавидящее скользкое бормотание на самом грани восприятия – но ангел знал, что совсем скоро он превратится в яростный, сминающий волю вал.

Должно быть, уплотняющаяся граница Пятого Круга, чуть было не поглотившая их с Кроули, высосала из него всю Благодать, что подарила святая вода. Теперь, с отчаянием понял Азирафаэль, всё начнётся сначала.

Прерывисто вздохнув, он выпрямился и трясущимися руками схватился за карман, на миг оцепенев от ужаса при мысли, что мог потерять фляжку во время полёта. Но нет, она была. И кажется, в ней ещё даже что-то оставалось. Совсем немного. Но хоть что-то…

Он, чувствуя, как заходится в паническом ритме сердце, принялся откручивать крышку.

И вдруг замер.

Пришедшая в голову мысль была чудовищной…

…и ужасающе разумной.

Святая вода не спасёт. Она не сможет освободить его из каменного плена. Не выведет через враждебные коридоры к заветному порталу. Не избавит от боли.

Лишь продлит агонию.

Он с тихим стоном опустил руку и вновь без сил уткнулся лбом в собственные колени. Вот и всё. Действительно, всё так просто.