Вопреки судьбе

Камень, по идее, был только снаружи. А по ощущениям – и внутри тоже. И желудку это не нравилось. Как и всему остальному телу. Но Кроули сильно сомневался, что идея проблеваться перед лицом у наслаждающегося своей победой Хастура была достаточно хорошей, чтобы всё-таки исполнить её.

…Идея хамить, кажется, была ещё хуже. Он невольно взвыл, когда правое крыло вдруг прошило острой болью, и в панике заметался, судорожно хватая ртом воздух. Услышал полный ужаса вскрик Азирафаэля. И лишь потом ощутил, как хрустят кости под непонятно когда материализованным мечом Хастура.

- Ты можешь дерзить, Кроули… - с ненавистью проскрипел Хастур. – Пока ещё можешь. Я не люблю шутников, ты знаешь. Но мне даже нравится, что ты ещё барахтаешься. Что ты там говорил про неудачников?

Он сильнее навалился на меч, и Кроули с захлёстывающей сознание паникой почувствовал, как расходятся мышцы под раскалённым клинком. Боль хлестнула вверх по крылу, до самого плеча. Обжигающей волной ударила по позвоночнику.

Он услышал свой исступлённый срывающийся вопль; услышал хруст собственных костей, ломающихся под давлением адского меча. И мир потонул в океане невыносимой агонии.

…Сколько прошло времени, прежде чем он смог отдышаться и вновь начал воспринимать что-либо, кроме пульсирующего огнём крыла, он не знал. С трудом выныривая из багрового омута, он ощутил, как саднит сорванное горло, почувствовал солёный вкус на языке и тянущее чувство в то ли вывихнутых, то ли просто перенапряжённых плечах.

По крылу прокатывались волны обжигающей пульсации. Он услышал сдавленные, задыхающиеся всхлипы – и не сразу понял, что издаёт их он сам.

- Так вот, про неудачников, Кроули… - с садистским удовольствием прошептал Хастур, склоняя свою покрытую гниющими язвами рожу к самому его лицу. – Плутос не оправдал доверия Владык. Сорок минут на поиски бомбы, которой вообще не было! Так что теперь за него я. Я должен поблагодарить тебя, змеёныш, если бы не твоя глупая шутка со святой водой, мне бы это место ещё нескоро досталось…

Кроули слышал его, как сквозь плотный слой ваты.

Боль мешала думать, не давала сосредоточиться ни на чём, кроме грызущего кости огня. Он смутно помнил, что должен искать выход. Должен… Чёрт, должен делать хоть что-то!

Хастур, ухмыльнувшись, качнул меч в ране, и Кроули, захлебнувшись криком, вновь забился в сковывающем его камне, непроизвольно пытаясь уйти от мучений.