Ведьминский патруль

На запах свежей крови ко мне, будто по команде, со всех сторон двинулись десятки шишуг, весьма красноречиво открыв пасти с капающей слюной с мелких зубов. Со всеми одновременно я не справлюсь, а умирать в этом зачуханном подвале хотелось меньше всего. Думай, Рада, думай!

— Антон! — идея была самоубийственная, но другой на ум не приходило, а времени было в обрез.

— Что? — парень подпалил очередную тушку и брезгливо отпихнул ее ногой.

— Можешь полыхнуть сплошной стеной огня?

— Ты с ума сошла? — он быстро оглянулся на меня, видимо проверяя, не двинулась ли я кукушечкой на фоне легкого стресса.

— Долго объяснять, просто сделай, как я прошу! — Антон нерешительно дернул головой, и я заорала в полный голос, рассекая очередную шишугу в покушении на мое бедро: — Пожалуйста! Или нас сейчас просто сожрут живьем!

Вокруг раздался громкий визг, как сигнал к атаке, и оставшиеся твари бросились на нас всем скопом.

Парень схватил меня за руку, подтянув вплотную к себе, и свел руки вместе буквально на две секунды, затем резко развел их в стороны.

Я распахнула, а потом с силой зажмурила глаза, спасаясь от ослепительного света и жара. Сплошная стена чистого пламени хлынула от нас, не оставляя ни сантиметра спасения ни на стенах, ни на полу, ни на потолке. Шишуги вспыхивали порохом, не успевая даже взвизгнуть, но одновременно с ними вспыхивал каждый миллиметр деревянной обшивки подвала. Не успели сгореть последние тушки, как языки огня лизнули подошвы наших ботинок. Буквально секунды отделяли нас от неминуемой гибели…

И тут был мой выход — зашипев от боли, когда огонь весьма недружелюбно опалил кожу лица и рук, я молниеносно разбила три абсолютно прозрачных пузырька.

Оставалось только надеяться, что мой расчет оказался верен. Иначе…

Иначе нам будет совершенно все равно, похоронят ли нас коммунистами. Если опознают…

Раздалось громкое шипение и наступила звенящая тишина…

В полнейшей темноте.

Еще через мгновение над нашими головами вспыхнул тусклый мерцающий пульсар, и тут же рядом раздался пораженный вздох Антона.

Я только глубоко вдохнула и медленно выдохнула, чувствуя, как саднят легкие.

А смотрелось и вправду красиво. Абсолютно черная обугленная комната была покрыта внушительной, в два пальца, идеально ровной коркой льда с витиеватыми узорами, как на окнах в сильный мороз. В подвале было холодно, не меньше десяти градусов ниже нуля, и легкий пар вырывался вместе с нашим дыханием, довершая нереальную картину.