Проводник душ

– То есть я не военнопленный? – осторожно, как бы на ощупь, поинтересовался парень.

– Никоим образом. Вы среди друзей и среди равных. Я здесь оказался так же, как вы, только много раньше. И беседа с вами – часть моего служения.

– Так… а могу я… вернуться домой?

– А где ваш дом? – улыбнулся мужчина чуть насмешливо. – В какой стране? в какой стороне, наконец? Ваш адрес? Вы знаете, куда идти?

– Может, у меня проблемы с памятью, – упрямо заговорил парень, – но я в своём уме. Физически я здоров. Если позволите уйти, я найду родных и всё вспомню…

– Уйти? Да хоть сейчас.

– Откинувшись на спинку стула, мужчина показал на окно. – Откройте жалюзи.

Гайдзин немедля встал, решительно шагнул к окну и потянул шнур.

Ему открылся сияющий простор – ледяные вершины громадных гор, ослепительно синее небо, бездонные провалы ущелий. Ослепительное солнце – сверкающий диск в яркой синеве, – отбрасывало непроницаемо чёрные тени.

Насколько простирался взгляд, виднелись только горы. И он смотрел на них с одной из вершин. После мгновенного ошеломления Гайдзин по пилотской привычке обвёл глазами весь доступный обзор.

Ниже окна из гранитного склона горы козырьками выступали крыши, крыши, крыши. Казалось, весь обозримый склон горы усеян жилищами, словно гнёздами ласточек. Местами на черепичных крышах лежал снег. Гайдзин заметил редкие фигурки людей в длиннополых шубах и островерхих шапках – похоже, они обметали крыши. Над трубами, словно клубящиеся белые колонны, поднимался дым и рассеивался в прозрачном воздухе. В стороне, на скальном выступе, высились решётчатые мачты с медленно вращавшимися винтами – широкие лопасти, размах как у ветряной мельницы.

– Высоко… – вырвалось у него.

– Шесть с половиной тысяч над уровнем моря, – уточнил мужчина сзади.

– Где я?..

– Город номер один. Здесь вы в безопасности. Будь помоложе, угодили бы в другое место. И я тоже.

– Отсюда нет выхода? – резко обернулся к нему Гайдзин.

Тот печально покачал головой:

– В одиночку, без благословения и снаряжения… Метров на пятьсот вы спуститесь, а там… Вы захотите спать.

Там, под снегом, уже спят те, кто захотел уйти. Мы зовём их – «чёрные путники». Высохшие, вымерзшие как мумии. Здесь никого не задерживают. Наружные двери – без запоров. Но уйти может лишь благословлённый.

– Ладно. – В Гайдзине что-то надломилось. – Чего вы от меня хотите?

– Служения. Сейчас вы надеетесь притворно согласиться с нашими условиями и удрать. Напрасно. Стоит вам изменить данному слову – и благословение покинет вас.