Огонь повсюду

Или… нет, всё же следует поговорить с ней – обязательно.

– Я понял. – В тот миг голос изменил мне и, боюсь, Жасмин к радости своей услышал мою обречённость.

– Жду тебя, Уголёк. Уверен, мы поладим. Будем вместе работать в музее и… вообще, тебя ждёт интереснейшая учёба. В завершение я, возможно, позволю тебе возродить Ракиту, – не прощаясь, Жасмин повесил трубку.

Ловил его – попался сам. Вереск, наверно, голову мне оторвал бы, сумей он угадать, чем кончится расследование.

Торопыга, хвастун, глупая тетеря – вот кто я.

В ученики, ха! а полицейскую засаду в доме не хотите ли?.. и самая манящая приманка – возродить Ракиту. Под конец, когда он позволит мне убить себя.

Разве я не хочу, чтоб она ожила?

Страшно хочу, впору закричать – «Да! хочу!»

Но только если я приду к нему с повинной. Если буду пить с ним кофе и принимать сигареты от любезного Кико.

И – теперь уж точно! – никаких шансов разоблачить его как организатора пожара. Значит, семьдесят две жизни останутся не отмщёнными.

Что я могу ещё сделать?

От рассвета до заката – мало времени, слишком мало.

Мухобойка не успеет… да и не могу я её вызвать. Последняя разгадка будет ответом на моё согласие стать учеником, а согласие скрепляется колдовскими клятвами, которые нельзя нарушить. Что я скажу ей? Виноват Жасмин, а пронесла бомбу в коммуну Ракита сама, без понуканий? пока я не выяснил всё точно – вызывать её нельзя.

Фонарь начал шевелиться, выходя из обморока; я поспешил уйти, огибая капканы оберегов и пентаграмм, скрытых под ковровыми дорожками.

* * *

Нельзя безнаказанно общаться с тем миром. Нельзя спокойно говорить с ними, беседовать у камина и пить кофе. Раз соприкоснувшись, ты уже становишься другим, изменённым. Нельзя их слушать; не верьте ни единому их слову. Бедная Ракита – она думала, что можно договориться с Жасмином… Да легче договориться с гадюкой подколодной, чем с этой гадиной! Куда ей, чистой наивной девочке тягаться с его тёмной властью. Они наивных ломают, как вафлю. Встретился – и пропал.

Навеки. Плачь от боли и стыда, блуждая обугленным призраком у серой реки, без надежды на спасение. Страшная кара. Вот и я туда же. Влип. Каждый, кто вступает на ту территорию, начинает играть по их правилам и жить по их законам. Но вам меня не сломить. Есть сила превыше морока и обмана. Сила души, её огонь.

* * *

Под дождём, моросящим в тумане, противно ждать рассвета – но и звонить так рано значит привлекать к звонку излишнее внимание.